Шаг в небо

Сашка пришел с бутылкой портвейна. «Из старых запасов» – сказал он. И ещё он рассказал, что не может найти никого из друзей. Ну, в общем, как и я. Оказывается, как просто было разрушить наш мир. Уничтожить весь транспорт, средства связи и вот – готово. Сотников рассказал, что пешком тоже никуда нельзя добраться. Для перемещения между населенными пунктами нужен специальный пропуск. Между городами стоят блокпосты с полицаями и всех, кто без пропуска, уничтожают. Что-то эти новые власти никаких других способов общения, кроме смертной казни, не находят.

– Саш, а вот я ещё ни разу не слыхал, чтобы эти, ну черт, имечко у них – сентаиры, ну в общем сенты, сами кого-то прихлопнули, – я давно думал об этом, просто не с кем было обсудить. – Почему так наши стараются?

– Ну, кто их знает. Наверное, у них выбора нету? – Может, он и правильно говорил, может и есть ситуации, когда от тебя ничего не зависит. Только все равно не люблю я, когда говорят – «выбора нет». Я так думаю, что выбор есть всегда.

Портвейн шел на редкость хорошо.

Если честно признаться, никогда не проводил вечер так – с приятелем, за долгим разговором. Обычно большие компании, суета, смех и анекдоты. А тут… Хороший получился вечер.

– Слушай, – я почему-то боялся задать этот вопрос, – ты как думаешь, это навсегда? Неужели никто не станет с этим сентами бороться?

– Да как с ними бороться? – Сашку, видимо, тоже этот вопрос мучил. – Поезда под откос пускать? Так нет поездов. А леталки как ты свалишь? Да и ты этого сента хоть раз в лицо видел? Всё наши, родимые.

– Слушай, а может, эти сенты не такие уж и страшные? Может, это просто перегибы на местах? – Я схватился за очевидную мысль. – Ну, дали власть этим, полицаям. А они и рады стараться.

Тут Саша сказал нечто такое, что я никак не ожидал от него услышать.

– Вспомни прошлую войну. Вся вина на фашистах. Они звери были. Но самые страшные зверства были сделаны не их руками. Всегда найдется тот, кто будет зверствовать больше зверя-хозяина.

Он будет зверствовать ради собственных животных желаний с руками, развязанными его зверским хозяином. И потом скажет – я выполнял приказ, и у меня не было выбора. Или там – я специально с этими связался, чтобы свою страну защищать от тех. Оправданий можно много придумать.

Что-то часто я слышу о выборе в последнее время. Но мне-то как раз и не из чего выбирать.

А утром было опять тревожно. Я не хотел сидеть дома, вот так, как какая-то мышь под веником.