Диктатор

Если у них на границе появятся корпуса родеров, вряд ли они останутся безучастными.

– Что значит – не останутся безучастными? Разорвут союз или начнут с нами войну? Хотелось бы определенности.

Усмешка на худом лице Вудворта была выразительней слов.

– Дорогой Семипалов, дипломатический язык, в отличие от военного, всегда содержит в себе элемент неопределенности.

Гамов счел предостережение Вудворта аргументом в свою пользу.

– Забон защищаем! А на западном фронте начинаем наступление немедленно. Оно заставит кортезов призадуматься, стоит ли искать успеха на севере ценой значительных потерь в центре.

На этом и закончился военный совет. Я сказал еще, что поеду в Забон проверить оборону города. Хотел бы совершить эту поездку вместе с Пеано и Прищепой. Гамов проводил меня до двери, а там остановил.

– Нам нужно поговорить, Семипалов. Приходите завтра ко мне. С женой. Ее присутствие необходимо.

– Завтра я буду в Забоне. Сегодня подойдет?

– Вызовите жену и приходите в маленький кабинет.

Министерство организации располагалось неподалеку от государственного дворца.

Я позвонил Елене, вскоре она пришла. Я ждал ее в том же зале, где мы заседали.

– Что-нибудь случилось, Андрей? – спросила она тревожно.

– Случится через несколько минут. Гамов пригласил нас для секретного разговора.

– Ты ждешь чего-нибудь плохого, Андрей?

– Даже не представляю себе, чего он хочет.

Мы постучались в кабинет Гамова.

В прихожей еще не было телохранителей, они появились впоследствии. Гамов показал нам на диван, а сам сел за стол – создавал впечатление, что разговор, хоть и личный и секретный, будет в чем-то служебным, именно так я понял распределение мест.

Но Елена не умела еще понимать мелочей, зато точней меня чувствовала подспудность. Она лучше подготовилась к беседе втроем, чем я.

– Хочу договориться о совместных действиях против наших врагов, – начал Гамов. – Надо перехитрить разведку противника. Повести ее по ложному следу. Без вашей помощи сделать это трудно.

Он помолчал, переводя взгляд с меня на Елену и с нее на меня.

Терпеть не могу, когда в меня долго всматриваются!

– Вы хотели нас сразу заинтересовать, Гамов. Считайте, что добились своего. Слушаем дальше.

– Собираюсь продолжить дезинформацию через Жана Войтюка, – сказал Гамов. – Сведения, переданные ему Вудвортом, сыграли свою роль. Ясно, что в разведке Войтюк пользуется серьезным авторитетом – энергичные действия маршала Вакселя можно объяснить только полным доверием.