Древний лес

"Ты выглядишь просто потрясающе в этот вечер". – сказал он полушепотом, его голос был нежным и страстным.

От ощущения его горячего дыхания на ее шее побежали мурашки. Прикусив губу, Элизабет взглянула на него из-под опущенных ресниц. Стробоскопы придавали его классически красивым чертам гипнотическую абстракцию.

Когда Матвей наклонился, запрокинув голову, Элизабет нетерпеливо приподнялась навстречу его поцелую. Как и их танец, он начинался неуверенно, а затем нарастал. Элизабет обвила руками его шею, тепло разливалось внизу ее живота.

Матвей слишком быстро отстранился, его глаза заблестели. "Давай, выбираться отсюда".

В своем парящем состоянии Элизабет и не подумала усомниться в этом решении. Она позволила ему провести себя сквозь толпу, которая заполнила танцевальный зал, и все свелось к крепкому пожатию его руки.

Они вырвались на прохладный ночной воздух. Матвей оглянулся через плечо, словно проверяя, не следят ли за ними.

Она уперлась ногами, потянув Матвея за собой, чтобы он остановился рядом с машиной. – Подожди. Я не должна уходить, не сказав Илаю, куда я направляюсь." Внезапно бросить своего друга и убежать в ночь с Матвеем казалось для нее опрометчивым поступком.

Матвей успокаивающе погладил ее по рукам. – Все в порядке дорогая, мы просто собираемся прокатиться, чтобы поговорить. Я верну тебя прежде, чем ты даже заметит, что ты ушла.

Он провел большим пальцем по ее припухшей от поцелуев нижней губе. – Пожалуйста, Элизабет. Я скучал по тебе."

Пойманная под его гипнотическим взглядом, Элизабет почувствовала, что ее решимость слабеет. Может быть, она слишком много думала об этом. Она тоже скучала по нему – разве она только что не рефлексировала о том, как они мало времени проводят вместе в последнее время?

Элизабет глубоко вздохнула. «Хорошо. Я прокачусь с тобой, на твоей машине".

Ответная улыбка Матвея была лучезарной.

Ведя машину, Матвей одной рукой свободно обнимал Элизабет, украдкой поглядывая на нее в темноте. Элизабет не была уверена, куда они направляются, и обнаружила, что ей все равно. Ночной ветерок, врывавшийся в открытые окна, развеял затянувшийся клубный туман у нее в голове.

Когда Матвей свернул на уединенную грунтовую дорогу, Элизабет выпрямилась, с любопытством оглядываясь по сторонам. Деревья вплотную подступали с обеих сторон.