Закон сохранения

Глен окинула его снисходительным взглядом.

– Чего ты добиваешься? – вздохнув, спросила она.

– Давай свяжемся с властями. Я подтвержу твое алиби и сообщу им об оставленной Майклом записке.

– Ясно… – горько усмехнулась Глен. – Хочешь всем угодить.

– Я лишь хочу способствовать расследованию! – отрезал Вадим. – Я почти не знал Майкла, но он явно не заслуживал такой участи. И я хочу, чтобы убийца был наказан.

– Свяжемся с властями, говоришь, – окрысилась Глен. – А не они ли втихаря санкционировали подозрительные эксперименты с такими как я? Конечно, мы уже не люди, отработанный материал, смертники! И все же не этой ли проблемой занимался Роуз? Тогда кому он мешал?

Вадим молчал.

Ему не хотелось верить во вселенский заговор каких-то темных сил, но по всему выходило, что история эта может закончиться для него куда печальнее, чем он предполагал. Похоже, злая судьба неотвратимо вела его по пути осуществления мрачного пророчества, и свернуть с этой адской тропинки было уже невозможно.

Глен закрыла глаза и, обхватив плечи руками, тихонько покачивалась из стороны в сторону. Гостиную медленно наводнила тяжелая гнетущая тишина. Казалось, все слова сказаны, аргументы предъявлены, точки расставлены. У каждого своя правда, своя жизнь, свое ощущение справедливости. Им никогда не договориться, никогда не понять друг друга.

– Ты не помнишь, как погибли наши родители? – не открывая глаз, шепотом спросила Глен.

– Нет, – настороженно ответил Вадим. – По официальной версии, произошла разгерметизация и они задохнулись…

– Да-а-а, – протянула Глен, – славно же нас обработали эти монстры из Особого Отдела.

Справились с перепуганными детьми… но мне все равно иногда мерещится обезображенное тело матери… Очень напоминает то, что мы видели сегодня и то, о чем ходят упорные слухи среди каторжников Хорка…

– Ты думаешь – есть связь? – напрягся Вадим.

– Уверена! Наши пути вновь пересеклись именно здесь и это не случайно. Кому как не нам с тобой выяснить истину?

– Боюсь, мы совсем не подготовлены для подобной миссии, – нахмурился Вадим.

 – Еще два загадочных трупа – вот такое будет наше максимальное достижение.

– Где тот мальчишка, который спас меня от безумия, тот, которого я полюбила чистой и беззащитной детской любовью?

– Он вырос и стал циником.

– Пусть так! Лишь бы не трусом!

– Не дави мне на «слабо», – отмахнулся Вадим. – И без того тошно.

– Надо исследовать артефакт, – упрямо сказала Глен.