Третий виток

 – Но я-то сволочь вполне конкретная, а ты кто?

Лицо Хенка покрылось красными пятнами.

– Сейчас не время шутить, – напомнил он. – Давайте вернемся на корабль, там все обсудим…

– Э-э нет, – Тед приподнял обмякшее тело и облокотил его спиной на переднюю стойку пульта. – Рассказывай!

– Чего рассказывать?! – рыкнул Хенк. – Вас «в гостях» никак сырыми мухоморами кормили…

– Хватит! – оборвал его Тед. – Я сразу заподозрил неладное, думал, на самом деле с ума схожу, но оказывается, ты и Шерон не понравился, а женское сердце не обманешь.

Хенк скривился.

– Сердце… – буркнул он. – Да надо было отодрать ее хорошенько, как там, на корабле, глядишь…

Звонкая пощечина прервала его монолог. Шерон подула на ушибленную ладонь.

– Как вы все меня достали, – процедил Хенк. – Ладно, нет проблем, слушайте. Да, я не Хенк Паркер, меня зовут Максим Линев, можно просто Макс, но имейте в виду, тело, которое вы так нещадно мутузите, недавно действительно принадлежало вашему другу… и я все-таки надеюсь вернуть его законному владельцу в целости и сохранности…

Шерон почувствовала головокружение и прислонилась к переборке.

– Ну?! – осклабился рассказчик. – Продолжать?

– Будь любезен… – сказал Тед. Голос предательски дрогнул. В голове был сумбур, мысли кружились, словно стая ворон над мусорной кучей. «Оборотни? Переселение душ? Раздвоение личности? Модификация психики? Клоны? Что бы там ни было – бежать! Бежать, пока не поздно!»

– Любезен не буду, буду краток… – Макс-Хенк задумался.

 – Для меня эта история началась с того, что некая миссис Браун предложила мне работу. Всего один космический рейс, но за очень приличные деньги. Я предчувствовал какой-то подвох, но купился. Прибыв к месту назначения, вот в эту самую звездную систему, мы попали внутрь пылевого облака. Дальнейшее трудно описать словами. Мы потеряли контроль над собой. Наша психика оказалась подчинена неведомой внешней силе. Действуя, словно безмозглые куклы, мы подвели корабль к этой «замечательной» планете, погрузились в посадочный модуль, включили автопилот, и тут произошло самое страшное, по крайней мере для меня, ведь я ничего не знал…

– Ну! – Тед с трудом проглотил застрявший в горле ком.

– Фактически я остался на корабле…

– То есть? – нахмурился Тед.

– Это сложно представить и почти невозможно объяснить, – на лице Макса-Хенка появилось страдальческое выражение.