Я твой пятый элемент

Они, несомненно, слышали укрощение разгоряченного клиента, стоя у девушки за спиной. – Она-то вас и простажирует.

Из своей кабинки весело улыбалась Ирина, пытаясь изъясниться с подругой только им двоим известными жестами.

– Волкова! Займитесь, наконец, работой, – прикрикнул на нее Карлик, заставив скрыться за тонким простенком. – Мы еще с вами поговорим.… Где вы шатались вчера в рабочее время? Хотя я догадываюсь. Поход в парикмахерскую вам на пользу. Прическа замечательная. Прощаю.

Вместо ответа раздались звуки яростного щелканья пальцев о клавиатуру, по-видимому, призванное изображать усиленное рвение к работе.

Склонив голову, Волкова оставила на всеобщее обозрение свою рыжеватую макушку, чем вызвала неизменную улыбку Карла Петровича. И вообще, благодаря недостаточно высоким простенкам, разделяющим рабочие места, весь офис походил на поляну, усеянную разноцветными грибами, состоящими из волос сотрудников.

– Юля, – протянула руку стажеру.

Скрывая волнение, убрала густые локоны с лица, обнажила две аккуратные стрелочки бровей, подчеркивающие глубину глаз. Сколько раз пыталась отучиться касаться лица руками – прекратить выказывать возникающие волнения. Порой начинало получаться. Сейчас же все происходило вполне естественно: перестав себя контролировать, Юля не замечала собственных движений.

– Сергей, – спокойно ответил парень, ничуть не меняясь в лице.

– Пойдемте, наконец, покурим, – начальник скрылся в своем кабинете, появилась Ирина.

 – Молодой человек, не составите нам компанию? – заигрывающе предложила девушка и встретила укоризненный взгляд Киреевой.

– Меня Ирой зовут, – продолжала свое наступление, не обращая внимания на Юлю. – Ирина Волкова. Вот! – спародировала всеми любимого начальника, за глаза называемого Карликом.

Створов зажилил ответную улыбку. Обстановка не разрядилась: возможно, из Ирины был плохой пародист. Юлию все больше смущала бесцеремонность подруги.

Она в отличие от Ирины прятала глаза, не знала, куда их девать, на чем остановить.

Волкова, распаляясь, продолжала натиск, совершенно не понимая, что перед ней человек не того склада, с которым привычно иметь дело. Вряд ли его можно было охмурить, используя стандартные, а потому примитивные приемы сердцеедок. Обладание красотой, стройностью фигур и, конечно, молодостью никак не являлось решающим фактором в их пользу.