Остракон и папирус

Андроник прижимал к бедру посольский жезл-керикион с двумя застывшими по воле Гермеса бронзовыми змеями. Телеф украсил голову тенией с узором из лямбды, а в руке нес переплетённую разноцветными лентами оливковую ветвь. Белоснежные хитоны липли к ногам под порывами бриза.

На Самосе официальными атрибутами никого не удивишь, в булевтерий и не такие птицы залетали. Однако статус подчеркнуть вовсе не вредно, чтобы богачи смелее развязали мошну.

Спартиаты прошли через агору к четырехколонному портику. Предъявив дежурившим у входа гоплитам подорожную Совета старейшин, зашлепали сандалиями по шершавым квадрам.

По украшенному бюстами почетных граждан коридору секретарь провел послов Спарты в приемную комнату. Вскоре вошли несколько членов городского буле, все как на подбор дородные, с золотыми печатками на пальцах, в аккуратно подстриженных и намасленных бородах.

Когда саммеоты спросили в лоб: «Зачем продаете подарок?», послы сказали правду: дарить больше некому. А потом приврали: у нас, мол, инструкция – в сомнительной ситуации продавайте, чтобы обратно не везти.

«А насколько эта ситуация сомнительная, нам проверять неохота, потому что своя шкура дорога».

Торговались долго. Сказался опыт обеих сторон: полазчив пес, да и лиса хитра. Зажиточные земледельцы-геоморы предлагали в обмен на медный кратер то сладкое самосское вино, то льняное полотно, то мед.

Послы отнекивались, ссылаясь на то, что придется везти товар в Коринф. А на волоке из Кенхрей в Лехей амфоры неизбежно побьются.

Ткани тоже не манят – товар капризный, соли боится, не ровен час намокнет в дороге. Но вот если бронзовые или медные гвозди…

В конце разговора Андроник попросил у геоморов опись полученного в обмен на чашу товара. При этом с честным выражением на лице пояснил: документ предназначается для отчета властям Спарты. Так положено… Старейшина геоморов раздавил печаткой с гербом Самоса комок смолы на папирусе, а архистарейшина посольства спрятал опись в заплечную торбу.

На пентеконтеру капитан с начальником охраны вернулись довольными.

Сделка оказалась удачной. Если вычесть плату воинам Телефа за молчание, все равно после продажи гвоздей останется по десяти мин на каждого.

Правда, придется нанимать новых гребцов, потому что ненадежные илоты рано или поздно проболтаются о продаже чаши, а значит, должны пойти на корм рыбам.

Геронтам заговорщики скажут, что часть рабов умерла от кровавого поноса, а остальных убили саммеоты, когда грабили корабль.