Кофе по-ирландски

Судя по богатым домам, пусть и страдающим недостатком элегантности, он пользовался популярностью в девяностые годы у тогдашних, скажем так, удачливых предпринимателей.

Остановились. Дом и впрямь не по семье… Три этажа, площадь, наверное, не меньше трёхсот квадратов. И зачем им это?

Участок не успеваю рассмотреть: меня под руку ведут в дом.

Обстановка, конечно, та ещё… Сразу видно, что денег хватает, а вот со вкусом у родителей Тёмы проблема. Всё помпезно до смеха. Не хватает только статуй в греческом стиле и ангелочков на пололке.

– Танечка, здравствуй, дорогая! – «Я уже дорогая? Надо же». – Проходи. Проголодалась, поди? Садись за стол.

Валентина Георгиевна – женщина полная. Явно плюнувшая на себя давным-давно и живущая лишь работой и семьёй. Лицо открытое, можно сказать, даже доброе.

– Да не успела я особо проголодаться, если честно…

– А это ничего! Сейчас тебе Андрей Витальевич такой наливочки нальёт, что аппетит появится такой… у-у-у-ух!

Вот только мне ещё «у-у-у-ух» какого аппетита не хватало.

– Ох, я старый болван! – Андрей Витальевич артистично бьёт себя по лбу и куда-то убегает, потом быстро возвращается с большим графином чего-то мутно-бардового. – А давайте-ка выпьем за Танин приезд!

Ну давайте выпьем. Тут и впрямь без ста грамм не разберёшься.

Выпили, закусили.

Судя по количеству закусок на столе, не нужно было владеть методом дедукции, чтобы понять: к моему приезду тщательно готовились.

– Валентина Георгиевна, я к вам, собственно, по делу…

– Ах, это… Конечно.

Не очень-то из вас, Валентина Георгиевна, актриса… Так себе… Переданный мной конверт был молниеносно засунут в один из многочисленных кухонных шкафчиков.

Посидели за столом, ещё выпили, снова поели. Говорили обо всём. Обо мне расспрашивали мало, казалось, что они и так обо мне всё знают, хотя видели впервые.

Темнело. Я начала ощущать невероятную усталость, и, очевидно, это было заметно.

– Танечка, вы, наверное, поспать хотите? Ах, я, хозяйка, дурная-то! Машенька! Ма-а-а-ашенька!

Машенькой оказалась тётенька возрастом и комплекцией удивительно напоминающей саму Валентину Георгиевну.

– Машенька, постелите, пожалуйста, нашей гостье в бордовой комнате.

– В бордовой? – искренне удивилась та.

– В бордовой! – голос, не терпящий возражения. Сразу стали заметны нотки голоса бывалой бизнесвумен.