Череповец. Точка субъективности

Но с его дочкой ситуация иная, ведь она просто невинный ребенок, и я не мог смириться с такой участью для нее. Вот тут-то и случилось окончательное расслоение нашего восприятия, теперь я чувствовал себя как отдельную от него сущность.

Но девочке это не помогло. Спустя несколько мучительных мгновений что-то хрустнуло, крик перешел в хрип, и она перестала трепыхаться. Тем не менее парень не прекращал ее сжимать, он хотел довести дело до конца и даже начал тереться о тело своей жертвы. Я пытался кричать, пытался вырваться, но был так же безнадежно зажат в железной хватке его сознания.

И тут неожиданно что-то из моих гневных импульсов все-таки пробилось в его возбужденный разум, и он тут же начал остывать. Каким-то образом мне удалось нарушить его исступление своим праведным негодованием. Поднявшись, парень увидел, что девушка корчилась от боли и отрывисто дышала, но никаких звуков при этом не издавала и вообще почти не шевелилась. И все же она была жива.

Хочется верить, что у меня теперь есть возможность что-то контролировать, хоть и минимальная.

Я словно стою у него за спиной, когда все его ощущения летят ему навстречу, я их тоже все чувствую, но при этом не могу ничего ему внятно сказать, а могу лишь только неразборчиво кричать, и крик мой почти полностью заглушается шумом его реальности.

Тут парень посмотрел в окно и застыл от удивления. За стеклом было чье-то лицо, пристально наблюдавшее за всем происходящим в комнате. Каким образом этот наблюдатель там оказался, учитывая двенадцатый этаж, было неясно, но самым странным было то, как выглядело это лицо.

Оно было раза в полтора крупнее среднего человеческого лица, его черные, значительно толще человеческих волосы были уложены во что-то похожее на прически парней из фильма «Бриолин» и обладали таким же виниловым блеском, а глаза были мелкие, как пуговицы, глубоко утопленные в череп.

Не веря в происходящее, парень несколько секунд сосредоточенно пытался разглядеть все до малейших деталей как бы в надежде, что ему это кажется и на самом деле это какая-нибудь телевизионная антенна странной формы, но лицо продолжало быть лицом и продолжало смотреть на него.

Выражение его сначала казалось безразличным, но потом оно внезапно расплылось в широкой улыбке, обнажив похожие на акульи зубы.

Удивление парня тут же сменилось ужасом, его сознание вспыхнуло, как тополиный пух от поднесенной спички. Едва контролируя свое тело, он выскочил из квартиры и побежал вниз по лестнице.