Чаша Одина

– Ты говоришь о… – помертвевшими губами выдохнул Торд и смолк, не в силах произнести это имя. Но Сумарлиди его понял.

– Да, дядя, – кивнул он, обнажив зубы в хищном оскале. – О троллях[45 - Тролли – дословно «волшебные», горные сверхъестественные существа]. Я направляюсь в Рикнесс, и не вздумай меня отговаривать.

Викинги попятились прочь от своих предводителей, с испугом переводя взгляд с одного на другого. Торд, вполне разделявший их чувства, сглотнул и поднял руки ладонями вперёд.

– Это твой выбор.

– Именно это я и намерен делать, – ухмыльнулся Сумарлиди и, рывком развернув коня, дал ему шпор, заставив птицей взлететь на ближайший холм и скрыться за его вершиной. Проводив его долгим взглядом, в котором ужас мешался с восхищением, Торд тихо прошептал:

– Да будут милостивы к тебе эзиры.

И, повернувшись к стоявшим вокруг него воинам, уже нормальным голосом скомандовал:

– Ну, что замерли? Грузитесь на драккар – мы возвращаемся.

Вздох облегчения был ему ответом – и гул попутного ветра, внезапно наполнившего паруса, словно даже он одобрял принятое Тордом решение.

* * *

«Что ж, Сумарлиди может быть доволен, – подумал Гейр, нервно озираясь вокруг. – Я всё-таки оказался там, куда он так стремился меня отправить».

Здесь царила ночь, ледяная суровая ночь без конца и края. В небесах не было ни единой звездочки, вокруг – ни единого лучика света, и Ингард с содроганием подумал, что ночь в Нифльхейме – вечна.

Однако вскоре глаза норвежца обвыклись с тьмой, и он с облегчением осознал, что даже здесь, в стране мёртвых, которой правила великанша Хель, дочь самого Локи, чернота ночи не была абсолютной. Постепенно Гейр начал различать далёкие массивы гор, у подножия которых лежало странное образование, обнесённое гигантской стеной. И стена эта составляла чересчур ровный круг, чтобы быть просто игрой природы. Ингард понял, что видит легендарную Фалланду Форад, окружавшую дворец Хель Эльвиднир, и ощутил, как нервная дрожь ледяными иглами проскользнула вдоль его позвоночника.

Прямо у него из-под ног брала своё начало хорошо утоптанная тропа, змеёй скользившая между холмами, теряясь во мраке. Но Гейр знал, что дорога Хельверг бежит прямиком к Нагринд, вратам Эльвиднира, и, вздохнув, зашагал по ней со всей решимостью, какая у него ещё оставалась.

Горы приблизились как-то сразу, скачком, словно и не маячили только что у самого горизонта.