Цена алчности

Берёзов перевернулся на грудь и в крайнюю секунду успел всадить очередь в грудь летящему на него в атакующем прыжке зверю. В глубине сознания мелькнула мысль, что по птицам мелкая дробь эффективнее крупной, но дали ли контрразведчикам такие патроны, он не знал. Иван стремительно двинул стволом правее, обгоняя мушкой приближающегося волка, и дал пару коротких очередей на упреждение. Пули вспороли звериный бок, швыряя бугристую тварь на землю, и он переключился на другую цель.

Спустя полминуты сзади, пробиваясь через грохот стрельбы, раздался вопль.

Берёзов резким движением развернулся назад. С десяток птиц, спикировав с неба, облепили дальнего из ведущих огонь контрразведчиков.

– Перекатывайся!!! – заорал Медведь, оборачиваясь на крик. – Дави их собой!!!

Попавший под удар человек, извиваясь, словно змея на раскалённой печи, покатился по синему мху, вдавливая в красную резину земли клыкасто-когтистые тушки. Остальные, рискуя задеть его дробью, сосредоточили огонь на пикирующих к нему тварях.

Дробовые заряды сшибали птиц, вырывая из них облачка перьев, и стая рванулась вверх, заходя на второй круг.

– Перезаряжай! – Майор успевал одновременно вести огонь из пулемёта и бросать взгляды на контрразведчиков. – Сейчас вернутся! Туман! Слева!!!

Берёзов вскинул автомат одновременно с поворотом головы. Левее него в цепи ближайших к кустам бойцов уже кипела рукопашная схватка. Зверьё прорвалось через плотный огонь, и в ход пошли ножи и приклады.

Несколько человек и пара десятков пылающих злобой тварей смешались в рычащий и хрипящий клубок, катающийся по синему мху в клубах красной пыли. Иван прицельными выстрелами сбил одного за другим троих бугристо-кожистых волков, рвущихся к клубящейся красной пылью свалке из людей и животных, и рванул гранатный подсумок.

– Медведь! – крикнул он здоровяку, бросая как можно дальше гладкий шар РГН.

 – Отсекаем гранатами!

Майор понял без лишних слов, и в воздухе закувыркались зелёные корпуса гранат. В кустах громыхнули взрывы, вздымая в воздух красные земляные брызги и синюшно-жёлтые клочья травы и листьев, отсекая потоками раскалённого металла атакующих тварей. Дюжина разрывов прогремела один за другим почти непрерывно, и напуганное разбрасывающими свистящую смерть грохочущими вспышками зверьё дрогнуло, поворачивая назад.