Катастрофа

Экран показывал картину настоящего побоища: корабли, охваченные пламенем и клубами густого дыма; корабли, разорванные на части и стремительно тонущие; корабли, неестественно зарывшиеся в воду… Картинка шла со спутника, и не было возможности разобрать мелкие детали, но уже было понятно, что дело приняло серьёзный оборот. Море вокруг тонущих кораблей было усеяно спасательными плотами и пытающимися выжить людьми.

«Ещё нет данных о потерях, но и так видно, что они огромны, спасательные суда срочно пытаются оказать помощь выжившим…»

Внезапно голос комментатора перешёл почти на крик: «Только что нами получено сообщение: флоты Китая и Арабской коалиции нанесли массированный ответный удар…»

Шрецкий встал и обвел взглядом застывших в шоке людей.

– Господа, мне необходимо срочно вылететь в Москву.

Шрецкий сидел в VIP-зале аэропорта Толмачево. Он был мрачен. Ни о каком прибытии Президента речь уже не шла. Под вопросом был и сам факт завтрашней сдачи «Подземстроя» госкомиссии. Сейчас необходимо как можно скорее оказаться в Москве, надо держать руку на пульсе событий.

Самолет срочно готовили к вылету, однако раньше чем через час вылететь не удастся. Охрана и свита молча застыли вокруг, словно превратившись в каменных истуканов, лишь избалованный отпрыск всесильного олигарха, как всегда, капризничал, недовольный чем-то. Нянька и гувернантка тихо пытались успокоить вредного наследника, предлагая ему откушать сладостей или заняться компьютерной игрой. В конце концов выбор пал на компьютер.

Шрецкий собрался было в который раз поторопить референта с подготовкой вылета, но тот уже был рядом и включал коммуникатор.

– Экстренное сообщение по каналам новостей, Эдуард Романович. – Казалось, что находящиеся в зале люди перестали дышать. В гробовой тишине звук динамиков разнесся по всему залу:

«…обменялись ядерными ударами. Связь с акваторией «Шельфа ООН» и прилегающими к нему районами потеряна. Мы срочно пытаемся получить любую информацию с места трагедии…»

– Сообщите капитану самолета, что, если мы не вылетим через полчаса, он может искать себе новую работу.

 – Шрецкий практически рычал на референта.

Через пятнадцать минут Шрецкий поднимался на борт своего личного самолета. Усевшись за рабочий стол, олигарх проводил взглядом промчавшегося по салону в направлении компьютерного симулятора сына. Коммуникатор моргнул лампочкой внутренней связи, и командир экипажа доложил, что до взлета осталось десять минут.