Сияние Тьмы

И солнце отражалось в кипящих энергиях, пульсирующих внутри грозных боевых артефактов, венчающих двенадцать сторожевых башен. Лазурное биение их магических пульсаций красноречиво свидетельствовало о том, что город не будет легкой добычей даже для армии, пришедшей под его стены с боевыми магами в своих рядах. Высоко в небе парили зоркие когтекрылы, сообщая шаманам обо всем, что происходит в близлежащей степи, а вокруг исполинского города, насколько хватало глаз, зеленым океаном распростерся великий и бесконечный Ругодар.

Его бескрайние просторы до последнего удара сердца будут защищать закованные в тускло отсвечивающую боевыми чарами броню зеленокожие гиганты, не знающие страха.

Когда вышедший из портала вслед за Айлани Наследник погасил магическое свечение, она буквально почувствовала разочарование, охватившее клыкастых бойцов. Но длилось оно едва несколько ударов сердца. Кто-то из орков узнал Трэрга, стальные коробки восторженно взревели в знак приветствия, и могучий рев тысяч огромных гигантов заставил вздрогнуть Айлани и маленьких пустынных лошадок.

Шаман спешился и пошел навстречу войску, подняв руку в приветственном жесте орков. В ответ ему в небо взметнулся целый лес огромных ручищ. Исполинских размеров воин, возглавлявший передовой отряд, легко спрыгнул с могучего коня-тяжеловеса, словно был облачен в простую рубаху, но не в тяжелую сталь мощных доспехов, и быстрым шагом направился к Трэргу. Сблизившись, они пожали друг другу локти, сливаясь предплечьями в оркском приветствии, после чего зеленокожий гигант наклонился и обнял Наследника.

– Рад видеть тебя дома, брат! – улыбнулся Гронг Неотразимый Удар, стискивая шамана в стальных объятиях.

– Раздавишь, – шутливо пожаловался Трэрг, тоже обнимая брата – я так долго ждал этот день, когда наконец-то мои глаза вновь увидят родной Ругодар! А ты собрался переломать мне все кости!

– Ничего, на родине и умереть приятно! – засмеялся гигант. – Как ты вытерпел столь много времени без степи? Тебя не было очень долго.

– Это верно, – улыбнулся шаман, – я сильно скучал по родным местам. За последний месяц мне каждую ночь снился главный стан, мать с отцом или та наша с тобой охота на бизонов в дни цветения. Помнишь, между двух западных рощ, на твое совершеннолетие?

– Как забыть?! – ухмыльнулся клыкастый воин. – Она началась с того, что раненый бизон, которого я гнал, с перепуга рванул в рощицу и застрял в древесных стволах.