Закат Тьмы

Но всё же я осмелюсь просить вас взять с собой больше охраны и не выходить за их ряды во время шествия. Вам удалось отсрочить большую беду, но ничего ещё не закончено. Многие горожане сочли ваше решение потворством тунеядцам. Не будь вы Белым Магом, коему едва ли не все обязаны либо собственным здоровьем, либо здоровьем своих близких, мы бы уже получили бунт.

– Почему жизнь устроена так несправедливо?! – в сердцах воскликнула Айлани. – Что бы ни говорил Король Трэрг, никто не смел ему перечить! Все опасались за свою жизнь и не рисковали возмущаться и предъявлять претензии! Даже категорически несогласные город покидали молча! Я желаю всем лишь добра и счастья, я не могу и не хочу отбирать у кого-либо жизнь, но меня забрасывают упреками, мои слова оспаривает едва ли не каждый, я даже собственного голоса не могла расслышать, когда толпа разражалась возмущенными криками! Неужели я заслужила такое?!

– Так уж устроена чернь, – вздохнула Лимми, заботливо поправляя на Принцессе Мантию Резонанса.

 – Она склонна считать доброту слабостью, когда сие выгодно. И если чернь не дрожит за свою жизнь, то переспорить её невозможно, какие бы аргументы ни приводить. Они не станут слушать. А если и станут, то свои желания им будут всё равно важнее.

– Его Величество считает, что так устроена не только чернь, – печально промолвила Айлани. – Он неоднократно говорил, что все Люди таковы, и лишь один из сотни тысяч другой. С каждым новым днем, проведенным мною у власти, его слова находят всё большее подтверждение, но я всё равно не хочу верить в это… Люди должны одуматься, я уверена, светлый час обязательно настанет, и в Эфрикке воцарятся мир, любовь и взаимопонимание!

Старый Наставник ничего не ответил на это, лишь отодвинул занавеску и посмотрел в окно, оценивая степень возбужденности толпы.

Первая Фрейлина подложила под шею Принцессы шелковую подушечку, дабы было удобнее ехать, и заверила Айлани, что рано или поздно Великие Боги вразумят всех до единого, а сейчас Её Высочеству надобно обязательно поужинать. И неплохо бы отказаться от идеи сопровождать изгнанников за городские ворота. И сменить туалет, Принцесса с самого утра ходит в одном и том же платье с одной и той же прической. А это, по мнению Первой Фрейлины, дестабилизирует общество. В конечном итоге Айлани пришлось воззриться на Лимми строгим взглядом, лишь тогда старушка несколько поутихла.