Жажда Власти 2

Более того, реагируя на затянувшуюся борьбу за лидерство, все старшие заседатели так или иначе претендовали на эту негласную должность. Кроме разве что герцог-адмирала Атля. Сам Атль избрал позицию независимого консультанта в Регентском Совете по военным вопросам, который занят ведением боевых действий и снисходит до общения с Регентским Советом исключительно тогда, когда у него имеется на то время. При этом фактически Атль не подчинялся никому, выполняя лишь те приказы генштаба и указания Регентского Совета, которые считал правильными.

Подобная позиция Атля устраивала и Регентов, и Золина. Бесполезные болваны, гордо именующиеся Регентским Советом, переадресовывали Атлю все проблемы генерального штаба, ибо во всём этом никто ничего не понимал и возиться не хотел. Зато каждый старший заседатель был доволен тем, что Атль самоустранился от борьбы за лидерство. То есть одним конкурентом меньше. Владыке Золину Атль был не только чрезвычайно полезен, но и, как показала практика, весьма выгоден.

Угроза в его лице позволяла Золину держать на коротком поводке весь имперский генштаб. Ибо никто не сомневался, что если Золин попросит, то Атль пойдёт ему навстречу. А если Атль потребует у Регентского Совета сместить или наказать того или иного имперского военачальника, то герцоги отдадут ему данный вопрос на откуп немедленно. Чтобы не возиться с неблагодарной рутиной.

Императорская гонка стремительно набирает обороты, конфликты между её участниками разгораются всё сильней, и каждый из них стремится использовать подконтрольных себе Регентов с максимальной пользой.

Герцогам, разрываемым на части своими многочисленными патронами, не до мелкой войны, идущей где-то на пограничных задворках Империи. Во всем этом стройном и зыбком алгоритме борьбы за власть для Владыки Золина есть только одна непредвиденная помеха: герцог Тототль. Лидер Регентов-Пэчуа неожиданно проявил редкостное упрямство, стремясь отобрать у Седженэма пальму первенства, и весь этот сброд полукровок-Пэчуа его с энтузиазмом поддержал.

Бесперспективность ситуации заключалась в том, что Седженэм, будучи аффилирован с Великим Доминионом Ица-Уэрги, тайно продвигал интересы Владыки Золина, а Тототля и весь прочий выводок гибридов Пэчуа и ныне почивших Величайших не поддерживал никто, кроме Малого Доминиона Пэчуа. Если называть вещи своими именами, то за протеже Золина Седженэмом стояла огромная мощь бывшего и, несомненно, будущего Императорского Доминиона.