Жажда власти 5. Фрагментация

Но без высоких физических нагрузок данная стимуляция невозможна, ибо несёт прямую угрозу перегрузки головного мозга эндорфинами, что может быть признано Экстервитом как наркотическая зависимость с последующим признанием претендента недостойным. Поэтому для неограниченной стимуляции интенсивные занятия спортом неизбежны.

– Вы поощряете её лакомством после каждой тренировки? – поднял брови Золин.

– Совершенно верно, о Владыка! – подтвердил офицер. – Этот способ оказался на удивление эффективен в плане мотивации претендентки.

Негативную сторону постоянного переедания мы нивелируем посредством ежесуточной биокоррекции.

– Она съедает больше, чем тратит во время спортивных занятий? – Владыка Золин скользнул взглядом по отчётам медиков.

– Почти втрое, – начальник секретного объекта красноречиво пожал плечами, мол, лучше так, чем как раньше, когда претендентка жрала ничуть не меньше, не делая при этом вообще ничего. – На тренировках она выкладывается, но её желания хватает ненадолго.

Уже через двадцать минут интенсивных занятий Величайшая Анаст-Асия заявляет, что опустошена морально и более не может себя насиловать. Мы следуем рекомендациям экспертов удерживать объект в зоне комфорта, и потому официально установили продолжительность тренировки в двадцать минут. Это претендентку пока устраивает.

– С такой прожорливостью ей не помогут никакие тренировки, – поморщился Золин, разглядывая Величайшую Анаст-Асию, со счастливым видом жующую пирожное в личном баре, созданном персонально для неё прямо у выхода из спортзала.

– Мы проводим ей биокоррекцию каждую ночь, пока объект спит. – Офицер вывел ещё одно видеоизображение и объяснил его значение: – В означенный час личный медблок погружает претендентку в глубокий сон, и медики помещают её в биокорректор. Врачи расщепляют ей излишки жировой ткани, очищают желудок и выводят из организма всё, что является следствием избыточного приёма пищи.

По пробуждении Величайшая Анаст-Асия не помнит факта получения ночных процедур и чувствует себя хорошо.

– И сколько мы можем держать её в таком режиме? – осведомился Золин. – Из всего этого будет какой-либо ощутимый толк к дню Мишкоатли? Я серьёзно сомневаюсь, что двадцатиминутных тренировок окажется достаточно даже на горизонте в пять лет.

– Ежесуточную биокоррекцию ей можно делать хоть тысячу лет подряд, – вновь пожал плечами офицер.