Кофе с корицей

Тут я не только проснулся, но и еще, насколько это возможно, аккуратно и стремительно подбежал к окну. «Волга» мирно дремала, а рядом надрывался наглый Мерен. Минуты через три его угомонили. Потом меня разбудил рев мотоцикла. Который в свою очередь взбаламутил сигнализации уже не одной машины. Я опять подпрыгнул к окну. Моя прелесть спала, но вокруг нее надрывалось сразу пять иномарок. Скажите пожалуйста, какие мы нежные. Прям не дунь на них. Вон с моих красоток пример берите. Что одна, что другая, спят себе без задних ног и колес.

Подумаешь, мотоцикл…

Нервы вам лечить надо! – подумал я. – И мне в том числе, – продолжил я свою мысль и снова лег. Закрыл глаза…

И опять был разбужен противным попискиванием. Мусоровоз сдавал назад. Рассвет залил тюль на окне розовым вином. Электронные часы мигали зелеными 06:06. Ничья. До финального свистка оставалось двадцать четыре минуты. Двадцать три. Минуты вырвались вперед. Их мигание пульсировало в моем затылке. На лице застыла гримаса недовольства. Я чувствовал, как устали от напряжения мышцы на скулах.

Еще один гол. Часы проигрывают два очка. Не буду же я досматривать этот позорный договорный матч до разгромного счета 06:30. Все проплачено и предрешено.

Я объявляю войну фатализму. Хочется сказать, беру судьбу в свои руки, но понимаю, что это как-нибудь в другой раз. Когда наступят времена получше. А пока я могу позволить себе встать. Выключить будильник. И на ощупь отправиться в ванную комнату.

Вид из зеркала лишает всякой надежды на хорошее настроение.

Красные глаза. Серые мешки под ними. Сухая кожа. Потрескавшиеся губы. Щетина. Безвольный подбородок. Кто подменил мне лицо? Так, наверно, я буду выглядеть на пенсии! Но сейчас-то! Надо действовать!

Начинаю реставрационные работы моего интерфейса. И хорошо бы их закончить до пробуждения супруги. Закончить и сбежать. Я вчера что-то говорил про утреннее признание? Вот только давайте не будем сейчас об этом. Я разбит, раздавлен и вообще не выспался. Отложим до вечера…

– Милый, а ты куда собираешься? – открылась дверь в ванную.

На пороге появилась Милена.

– На работу… – промямлил я ртом, набитым зубной пастой.

– На какую? – выражение ее лица было заспанно-подозревающим.

– На обычную… на мою, – я тоже начинал себя подозревать, не зная, в чем.

– Сегодня же выходной, любимый! Это завтра на работу! – она улыбнулась, преподнося такую радостную новость.

– Правда? – я чуть не подавился зубной щеткой.

– Заработался совсем… Идем спать дальше.