Ангел из Сетубала

Он выхватил из-за пояса саблю и стал рубить канаты, к которым были привязаны абордажные крюки, державшие наши корабли вместе.

– Поднять паруса! – диким голосом заорал Ван Хайден.

Бенито и Доменико, поняв замысел голландца, стремглав бросились к мачтам.

– Лево руля! – заорал мне Ван Хайден.

Он уже перерубил последний канат, и наш бриг был свободен. Я крутанул влево штурвал, в это время взвилась вверх часть парусов, и наш корабль потихоньку стал отваливаться от роковой шхуны.

Оцепенение мое прошло, у нас появился шанс остаться в живых, и нужно было его использовать.

Часть англичан, видя, что мы пытаемся удрать, открыли беспорядочный огонь из ружей. Мы попадали на палубу. Пули свистели где-то вверху, оставляли дыры в парусах, впивались в борта и мачты, не причиняя нам никакого вреда.

Но вскоре стрельба прекратилась, вероятно, англичане поняли, что палить из ружей по кораблю все равно, что стрелять из рогатки по слону. Мы еще лежали на палубе, еще слышались крики англичан, а в душе моей билась и порхала слабая и трепещущая, словно мотылек, мысль о счастливом спасении.

Я был уверен, что догнать нас они не смогут, ибо эта старая посудина была хороша для приманки пиратов, но не для погони.

Немного успокоившись от этой мысли, я приподнялся и выглянул из-за борта. Лучше бы я этого не делал, ибо то, что я увидел, снова вернуло ужас в мою душу. Английские военные моряки спокойно и деловито выбрасывали трупы наших товарищей в океан. Но самое страшное было не это. Часть моряков открывали люки в бортах своей шхуны и выдвигали в них пушки, которые раньше стояли прикрытые парусиной.

Двенадцать орудий со зловещим спокойствием палача взирали на наш бриг. Вокруг них суетились канониры.

– Все по местам! – услышал я голос Ван Хайдена. – Ставить полные паруса!

Бенито и Доменико бросились исполнять приказ.

– Перейра! К штурвалу!

В мгновенье ока я был на своем месте.

– Ничего. Мы еще покувыркаемся! – кричал голландец.

Он стоял на корме и в подзорную трубу внимательно наблюдал за шхуной.

– Приготовься, Диего!

Я мельком бросил взгляд на «англичанина». Двенадцать пушек тупо глядело нам вслед, не предвещая ничего хорошего. Возле них сновали канониры. Чуть в стороне стоял офицер с поднятой вверх рукой. В ту же секунду рука его резко опустилась, а над каждой пушкой появился дымок от запалов.

– Право руля! – заорал Ван Хайден.

Раздался грохот канонады, и английская шхуна скрылась за пеленой дыма.