Поток

Не припомню, чтобы такое когда-нибудь случалось.

Отец нахмурился, бросил быстрый взгляд на улицу, как будто хотел убедиться, что его жена не преувеличивает…

– А давайте соберемся в гостиной, расставим столько свечей, сколько сможем найти, и будем всю ночь рассказывать друг другу истории. Что скажете? Мы сто лет вот так вместе не проводили вечер.

– О боже… Только не вечер историй… – Тони закатил глаза, но в глубине души улыбнулся и поблагодарил отца. Совсем не хотелось ложиться спать в этой гнетущей тишине, когда в голове крутились всякие мысли.

– Отличная идея! – Мама Тони незаметно улыбнулась мужу, одобряя его предложение, позволяющее увести их сына в другую комнату, окна которой выходили во двор. – Я пойду поищу еще свечей в чулане, а вы идите на кухню и приготовьте сэндвичи. – Она оставила им одну свечку и со второй в руках вышла из комнаты.

– Ну что, Уинстон, пойдем грабить кладовую с припасами шерифа Ноттингема? – Отец рассмеялся собственной шутке. Тони бросил последний тревожный взгляд на темную улицу за окном и пошел следом за отцом.

Полчаса спустя, когда все было готово, они уютно устроились в гостиной, освещенной теперь двумя десятками длинных свечей молочного цвета, рассевшись вокруг журнального столика, на котором стоял большой серебряный поднос с соком и сэндвичами.

– …и вот когда все уже решили, что с ним покончено, и устроили праздничный пир, двери в обеденную залу вдруг распахнулись и зловонный ветер проник внутрь, убивая каждого, кого коснется. Когда наутро вернулись слуги, все, кто участвовал в той жестокой игре, были мертвы, а лица их были перекошены гримасами безумного… – заканчивая свой рассказ, отец медленно отодвигался от свечи, и его лицо скрывалось в тени, а голос становился все тише и тише, – СМЕХА-А-А-А! – Он неожиданно повысил голос и вынырнул из темноты, да так резко, что Тони с матерью вздрогнули, но по-настоящему испугались лишь на мгновение и тут же засмеялись все вместе.

– Отличная история, пап. И где ты их только берешь?

– О-о-о, они всегда живут у меня в голове и постоянно просятся на волю. Даже когда я был еще маленьким, самые интересные игры у меня были не с другими детьми, а наедине с самим собой и с моими фантазиями.

– А ты пробовал когда-нибудь записывать их? Мне кажется, из тебя бы получился неплохой писатель.