Поток

Уинстон посадил ее перед собой, придерживая локтями за талию, за что она была ему очень благодарна. Смотреть с такой высоты на землю оказалось страшнее, чем она думала. Он легко тронул поводья, и лошадь сделала первый шаг.

– Самое сложное позади, Мелони. Дальше нужно просто сидеть. Готова?

Не дожидаясь ответа, он перевел лошадь на рысь и направил ее вслед удаляющейся фигуре Димитрия.

– Не сердись на него. Мы задержались в дозоре намного дольше, чем нужно, а он чувствует ответственность перед отрядом. Джозеф назначил его главой похода, чем сыграл с ним дурную шутку.

Вот увидишь, как только мы достигнем лагеря и он убедится, что все в порядке, то сразу превратится из ледяного великана в славного парня. Уж я-то знаю, ведь я обязан ему жизнью.

Мелони тратила все свои силы, чтобы не выпасть из седла, и слышала от силы половину того, что болтал Уинстон. Но последние его слова были сказаны таким тоном, что она вздрогнула и попыталась обернуться. Уинстон смотрел в сторону, невидящим, задумчивым взглядом скользя по окрестностям.

– Как и я теперь, – тихонько прошептала она сама себе.

Солнце практически скрылось за горизонтом, когда они достигли того, что Уинстон называл лагерем. Это оказалась большая стоянка, устроенная на каменистой поляне возле бурного ручья, бьющего прямо из-под земли. Глядя, как последние лучи солнца играют в потоках прозрачной воды, Мелони так залюбовалась открывшейся перед ней картиной, что на мгновение даже забыла о том ужасе, что ей пришлось пережить совсем недавно, и о еще большем, которого она чудом избежала.

Но по-настоящему эти мысли вылетели у нее из головы, когда она перевела взгляд и как следует рассмотрела сам лагерь.

– Да тут, должно быть, собрались все лошади мира! – Глаза Мелони округлились при виде такого количества великолепных скакунов разом. – Вы что, все ездите верхом? – Она заметила, как Уинстон снисходительно улыбнулся ее словам, и почувствовала себя задетой. – Я сказала что-то смешное?

– Нет, прости. Просто еще одна скверная привычка.

Никак не могу запомнить, насколько маленьким стал этот мир для его жителей. – Уинстон пожал плечами в попытке как-то извиниться. – Тут немногим меньше ста лошадей, по две на каждого участника похода. Путь нам предстоит неблизкий, поэтому мы все едем верхом, а так как едем вслепую, то провизию и даже воду приходится везти с собой. Но, конечно, это далеко не все лошади мира. – Он снова улыбнулся, и на сей раз улыбка была доброй и искренней.