Жизнь Тузика Озейло. Перекрёстки

– То есть, когда после захвата администрации… – Тузик резко указал когтем в потолок, – …его рожа висела на каждом столбе, они даже не пошевелились?! Вертухаи сраные! Только наркоту через забор подкидывать и могут, суки! Так и передай в «Сириус»: будут увольнения. Громкие.

– Сейчас мы пытаемся установить все контакты, которые мог осуществлять Девирфоль под именем Энтони Хейл, – продолжал алабай. – Не исключено, что именно Энтони сможет вывести нас хоть к каким-то результатам.

– Что говорит Фейдж?

– Следственный комитет в курсе, что мы выяснили «второе» имя Девирфоля, поэтому роет землю вместе с нами.

Фейдж согласился, что в настоящий момент следует сделать акцент на Девирфоле, а не на пропавшем неделю назад Торресе.

– Он считает Торреса менее ценным?

– Да, он так мне и сказал.

Молодец Саппи! Значит, кроме супругов вельш-корги и Армона Афонсо, больше никто не в курсе, чем именно ты сейчас занят по самые уши. Похвально.

– Мне кажется, исчезновение Торреса вашему другу на лапу.

Пока тот в бегах, Саппи Фейдж занимает его пост. Не думаю, что ему сильно хотелось бы отдавать кресло назад ротвейлеру.

Зря ты это сейчас сказал, Лукас! Очень зря!

Тузик едва удержался, чтобы не дать алабаю по морде. Пронюхал, значит, что между Тузиком и Саппи чёрный хорёк пробежал. И решил тут же Фейджа грязью полить, на радость Фридриховичу. Не вышло.

– Нельзя так говорить, – одёрнул его Тузик, – не всё в жизни креслами меряется, уж поверь мне.

Помимо Девирфоля ещё что есть?

– Дримбидж Дон, – кивнул алабай. – Есть основания полагать, что он начал работать «на сторону» давно. Его дружеская связь с Алексом Шульцем, который, как выяснилось, приходится нашему Девирфолю родным братом, не может не вызывать подозрений. Сейчас работаем со «старожилами» администрации. Концы ведут к Штейнбергу Уолту. Он работал в этом здании, когда здесь была ещё мэрия, а Российской Автономии не было и в проекте…

Ошибаешься, Лукас! Либо делаешь вид, что ошибаешься.

Автономия тогда уже была в проекте, и даже убийство премьер-министра Аргентины не остановило её образование. Гастон Ортега делал всё возможное для её создания ещё во времена отстройки города, вместе с тогдашним премьером Томасом Митчелморе.

– Отлично, Лукас. Только вот Штейнберг Уолт был забетонирован в стену, насколько я помню. Мумии не умеют разговаривать. Следствие не установило преступника тогда.