Жизнь Тузика Озейло. Перекрёстки

Рикардо Феррер не мог знать дословно, что именно бульдог на словах передал новому озейскому градоначальнику. Если только сам президент де Суос не сплетничал потом с ним об этом.

Тузик отчётливо помнил, что мэром Озея его назначили во второй половине ноября. Как раз примерно через две недели после удачно завершившейся операции по спасению Аниты и Вегетты из подвала Колина Мэдлока. Рикардо Феррер тогда точно ещё стоял у руля Отдела Безопасности и просто не мог сидеть с Диего де Суосом в неформальной обстановке. Ранг не тот.

Что касается операции с «воскрешением» в финале, то тут нужно было думать, кто именно мог проболтаться. И кто именно мог донести Ферреру. Город отстраивался с нуля. Вокруг разбора завалов крутились просто космические деньги, а также псы с не менее космическим авторитетом. Глупо не брать в расчёт, что Отдел Безопасности страны остался наблюдать в сторонке. В городе были его агенты. Далеко не два, и даже не десять.

В курсе операции было шесть собак. Четверо псов в Аргентине, один в Пермякии, а также одна собака в Рояльске.

В Аргентине это были Березин, Саппи, Гастон Ортега и он сам, Тузик Озейло. В Пермякии в курсе был пластический хирург. В Рояльске – Матильда Степановна. Говорят, что тайна, в которую посвящены двое, перестаёт быть тайной. Наверное, правильно говорят. Конечно, все шестеро посвящённых – проверенные, но где добыть гарантию того, что утечки информации не происходило? Порой данные утекают совершенно ненамеренно. Кто-то посторонний случайно увидел, услышал, наткнулся, догадался. Всего не перечесть.

Прошло уже довольно много времени, чтобы можно было выяснить, какое именно «ведро» прохудилось. Два пса, которые наверняка могли помочь вычислить предполагаемый источник утечки данных, к сожалению, мертвы. Сначала Березин, а ровно через год, тоже осенью, в иной мир отошёл и Ортега. Вряд ли сведения слились через кого-то из них. Однако если утечка произошла ненамеренно, то и эти двое также вполне могут быть тем самым «дырявым ведром»…

– Санчес, – обратился Тузейло к водителю, покидая пучину собственных мыслей.

 – Планы поменялись. Едем к Афонсо, а уже потом в центр.

– Понял, Тузейло Фридрихович, – ответил Санчес, не сводя глаз с дороги.

Тузик вернулся к мыслям. Ему удалось переключиться с операции двухлетней давности на то, что, собственно, он имел возможность увидеть и услышать сегодня в приёмной Диего де Суоса.

Значит, правительство потихоньку запускает национализацию крупнейших предприятий страны.