Ломающий реальность. Книга 1. Три желания

Она не старалась спастись, не звала на помощь, просто, раз за разом погружалась в пучину, и оставалась под водой всё большее количество времени, пока не исчезла совсем.

Парень стоял на берегу и просто наблюдал за этой картиной, он не кричал, не старался помочь. Он не сдвинулся ни на шаг с того места, где она его оставила.

«Куда ночь, туда и сон»,– прошептал Вова, проснувшись в холодном поту в своей кровати. Он оглянулся по сторонам. За задвинутыми уже не меньше недели шторами явно была не ночь.

Часы на стене напротив, показывали семь часов, только непонятно было утра или вечера.

Парень выглянул в окно. Во дворе на качелях катались дети, на лавочке возле подъезда сидели старушки и громко о чём-то спорили.

«Уф, не проспал,– подумал Вовка с облегчением,– а то, вот умора была б, время умереть, а я тут на кроватке дома валяюсь. Кстати о смерти, приснится же такое. Но, я, же всё сделал, как говорят, и «куда ночь туда и сон» сказал, и в окно посмотрел, да и с чего Алисе умереть-то? Весёлая жизнерадостная девочка.

Не думаю я, что сон этот вещий, может он меня о чём-то предупреждает. К примеру, поменьше думать о смерти, а то я, слово смерть уже раз пять за последние три минуты произнёс.

16. Вечерний дом, вечерний дом, как много дум наводит он.

Надо подумать, где, если не у Алисы я могу ещё деньгами обзавестись. Может смогу что-нибудь продать?»

Парень огляделся по сторонам. Раньше он не замечал, на сколько убогой была обстановка в его квартире.

Из мебели, два потёртых многолетним сроком службы диванчика. На одном раньше спали мать с отцом, а с другого, буквально, пять минут назад встал Вова, после приснившегося ему кошмара. Пара шкафов с вывернутыми набекрень дверями, из которых, то там, то тут торчали его вещи: то носки, то трусы, заношенные до дыр. Под потолком висела люстра, вернее то, что от неё осталось, верхний обод с парой свисающих вниз гирлянд хрустальных висюлек.

Красивая была когда-то люстра, дорогая, родители несколько месяцев на неё копили, во всём себе отказывали. Сам парень, конечно, не помнил этого момента, так как был ещё совсем маленьким беззаботным карапузом, поэтому знал эту историю только из маминых уст. Она так и сказала дяде Ване, когда тот снёс нижнюю часть люстры ножкой табуретки.

Тот сконфуженно ответил, распалившийся не на шутку женщине: «Да я тебе хоть сто таких достану».