Артефакт

Женщина осуждающе покачала головой и протянула пакеты Максу.

– Ты охламон здоровый, поэтому неси. Поухаживай за женщиной. Пойдём Олежка. Танюша мне запасные ключи оставила, чтобы я цветочки поливала да комнаты проветривала. Так уж и быть пущу вас. А ты маме позвони да предупреди обо всём. Скажи, чтобы не волновалась. Обязательно скажи. Ох, чует моё сердце, неладное творить вокруг. Лучше бы подальше от города держаться.

Мы уже двинулись обратно во двор, когда Лидия Сергеевна прекратив причитать, остановилась и, обернувшись, осуждающе обратилась к Наташе:

– А ты, фифочка, куда?

– Туда, – растерялась гемод, – Я подруга Максима.

– Мне всё равно, чья ты подруга. В магазин беги. Дома у Олежки холодильник пустой. Танюша мне сама говорила, что на всё лето собираются. Что вы есть будете, если танки в город войдут и никого на улицу пускать не будут? Купи побольше всего, пока народ не прочухал и с полок все продукты не подмёл.

Наташа кивнула и скрылась за углом.

– Ох, молодёжь, – горестно покачала головой женщина, – Совсем жизнь не знаете.

Самое страшное на войне это голод. Когда жрать хочется, аж желудок сам себя кусать начинает, то и смерть не так страшна.

Квартира Олежки и его родителей оказалась небольшой, но уютной. Две комнаты, крошечная, по столичным меркам, кухня, раздельный санузел и застеклённый балкон, заставленный пустыми банками, видимо, освобождёнными от прошлогоднего урожая и подготовленными для предстоящего. Кроме стеклотары на нём хранился всевозможный хлам категории «когда-нибудь пригодится», стоял табурет и полочка с пепельницей, приспособленной из консервной банки.

Именно здесь Макс приказал мне стоять и наблюдать за происходящим во дворе. Это не шутка. Мой телохранитель приказал мне стоять на посту, пока он проведёт осмотр квартиры и подготовит плацдарм для нового НП*. Похоже, в нем просыпаются какие-то армейские инстинкты.

Ничего заслуживающего внимания внизу не происходило. Даже намёка на суету и тем более панику не наблюдалось.

Обычный двор, обычного провинциального города. Наконец, из подворотни появилась Наташа и остановилась, беспомощно озираясь по сторонам. Я открыл створку окна, крикнул номер квартиры и ткнул пальцем в дверь подъезда. Дальше, до момента, когда меня позвали пить чай, ничего интересного не произошло.

Мы все имели кредитные карты, привязанные к основным банкам и платёжным системам этого мира. С неограниченным лимитом.