Шерлокиана. Смерть русского помещика и другие правдивые истории

В бирюльки играете? А ведь пожилой человек!

Все это требовалось обмозговать, для чего самое время принять положение, наиболее располагающее к мыслительной деятельности, то есть горизонтальное.

Лежа в кровати и затягиваясь отнюдь не последней перед сном сигаретой – какой уж тут сон! – я думал о том, что, по-видимому, ответы на большинство имеющихся у меня вопросов можно найти в подсунутой мне подделке. Но я же не сыщик, чтобы разбираться, кто убил образцово показательного адвоката Генри Райдера? Это для Холмса сложность задачи равнялась «трем трубкам», а во сколько пачек сигарет она встанет мне? Да я помру от никотина!

Я протянул руку и взял с прикроватной тумбочки стопку пожелтевших листов.

Прикасаться к ним было так же неприятно, как к промокашкам из школьных тетрадей. Выцветшие чернила. Ломкие края. Ощущение абсолютной подлинности. Кому-то эта «подлинность» явно встала «в копеечку».

* * *

«В тот холодный ноябрьский вечер 1890 года опустившаяся на Лондон темнота была еще непрогляднее из-за растворенного в ней тумана.

Добропорядочные горожане спешили спрятаться от сырости и мрака за стенами своих домов, оставляя улицы и площади во власти ночи и ее обитателей – грабителей, воров и убийц, которым такая погода была только на руку: в кромешной темноте можно спокойно вершить темные дела.

Впрочем, я не прав, заявляя о всевластии преступников. Есть человек, который всегда заступает путь злу и пороку, и ночь ему в том не помеха. Кстати, и центр Лондона, и его окраины, и его трущобы, даже порождение кошмара – район доков, где живут и бедные честные труженики, и самые отъявленные мерзавцы, этот человек знает ничуть не хуже иного карманника, для которого шатание по городским улицам – составная часть его ремесла, да, ничуть не хуже, а может, и лучше.

Этот человек – мистер Шерлок Холмс.

Я едва ли не ощупью пробирался по Бейкер-стрит, вспоминая наш утренний разговор с Холмсом.

– Я устал, Уотсон, – признался мой друг.

– Понимаю, – кивнул я. – Дело, которое вы закончили, было на редкость трудным.

Оно отняло много сил.

– Как раз наоборот, – раздраженно сказал Холмс. – Я устал от бездействия, от бесцельного, а значит – бессмысленного и бесполезного времяпрепровождения. Вне работы я чахну, – в его голосе зазвучала жалобная струна.

– Почитайте газеты, – предложил я. – Криминальная хроника наверняка подбросит вам что-то необычное.

– Увы, – Холмс повел рукой в сторону небольшого столика, заваленного прессой. – Ничего утешительного.