Черный парус беды

– Значит, не ошибаюсь, так все и было, – сказал я. – Но Чистому не свезло. Шторм этот, винт сорвало, «Золушка» на камнях. А Мадейра недалеко, спасатели прибудут быстро, начнут осматривать яхту на предмет, можно ли ее на воду сдернуть, вдруг чего не то найдут? Заподозрят чего? Португальцы вообще въедливые, обычных яхтсменов трясут, как груши, а уж нас потрясти – сам Бог велел. Вообще-то, если разобраться, ситуация была не так катастрофична, как представлялось Чистому, и все бы наверняка обошлось, но у Кости, что называется, ум за разум зашел.

Чистый решил, что надо срочно избавиться от груза, но вокруг было слишком много свидетелей. Значит… Значит, надо проредить экипаж. Это он послал Джона на бак. И кормить бы тебе, Федя, рыб, если бы не твоя счастливая звезда. Второй раз леди Фортуна улыбнулась тебе, когда Джон свалился в ров и раскроил себе череп. Потом из каюты появился я, и Костя саданул меня по затылку.

– А Мила? Козлов? – спросил Полуяров.

– Резонно, – согласился я.

 – Но ведь кем-кем, а законченным идиотом Чистый не был. «Поплыл» – да, законченным подонком был – тоже да, но не идиотом. Он же не настолько с ума соскочил, чтобы не понимать: гибель двух человек при кораблекрушении еще могут списать на трагические обстоятельства, а вот смерть четырех из шести – это уже перебор. Чем убивать, проще запугать. Козлов – рохля. Мила как-никак девушка.

– Как-никак? – криво усмехнулась Шелестова.

– Кто скажет, что ты юноша, пусть первый бросит в меня камень, – ответил улыбкой я.

 – Теперь ты. Что дальше было?

Шелестова вмиг посерьезнела:

– Чистый стал выносить банки и бросать их в воду. Подальше от «Золушки»

Я кивнул:

– С этим тоже ясно. Концы – в воду. Улики – туда же. – И тут меня осенило: – А может, рассчитывал вернуться за ними. Или прислать кого. Хотя, нет, вряд ли. Первый же шторм или выбросит банки на берег, или утащит их на глубину. Чистый что-нибудь говорил при этом?

– Он все молча делал, остервенело.

 – Мила поежилась: – Так страшно было.

Я подхватил:

– Одна банка у него в руках развалилась. Но Косте было уже не до этого. Теперь его занимали приборы. Он их крышкой от ящика с навигационными инструментами уродовал. Хотел аккуратненько – так, чтобы выглядело естественно, словно при крушении побились, но аккуратно не получилось. Торопился очень.

– Они же были отключены, – сказал Федор. – Приборы.

– Верно. Но нужно было разбить, вывести из строя.