Чужое пророчество

Российские галеры волоком перетаскивают через перешеек. По-моему, все прозрачно ясно.

Юра снова чертыхнулся про себя. А ведь верно!

– Что читаешь?

– Нострадамуса.

– Ну-у, Мишель нынче не в фаворе. Просчитался господин прорицатель. Обещал конец света, и где он? – Юра показал на окно. За окном светило солнце.

Нина засмеялась:

– Такое впечатление, что ты этому не рад.

– Еще как рад! Даже рюмочку предлагал пропустить по такому поводу.

– Это ты брось, – решительно сказала супруга. – Сначала повод, потом причина, а потом денег на вытрезвитель не напасешься.

Юра обиделся:

– Ты, пожалуйста, не утрируй. Можно подумать, я только и делаю, что закладываю за воротник. Я, между прочим, размышляю!

Реакция была незамедлительной и агрессивной:

– Интересно, о чем? Что-то не видно следов мысли на твоем лике, солнцеподобный!

До глубины души оскорбленный супруг вскинулся:

– Ну, знаешь…

– Знаю! И вот, что скажу: кончай хандрить и принимайся за работу.

Юра посчитал необходимым прояснить свою позицию:

– Я прикидываю, с какой стороны подобраться.

Нина была неумолима:

– Будем думать и гадать – завязнем. Надо копнуть как следует, а потом, коли повезет, спокойно разрабатывать жилу. Если не копать, вообще ничего не будет.

– Где она, эта жила? – усмехнулся Юра. – Но только чтобы золотая!

– Вот! – девушка возложила руку на рукопись. – «Горизонты грядущего» Вячеслава Осина. Неизвестные катрены седьмой центурии Мишеля Нострадамуса.

Юра покопался в памяти и вылил на собеседницу бочку скепсиса и ведро иронии:

– Бомбой немедленного действия. Самим бы не погибнуть от ее осколков! Знаю, знаю, из десяти «Столетие» седьмая центурия осталась незавершенной. В остальных ровнехонько по сто катренов, а в этой почему-то меньше. Кто их только не искал… А нашел, значит, товарищ Осин? Опомнись, детка, здесь все шито белыми нитками! Кстати, тот кусочек о Гангуте, это из «найденного»?

Нина кивнула.

Юра удовлетворенно чмокнул губами:

– То-то я чувствую… Самопальные строчки! Умелец липовый, даже форму не посчитал нужным соблюсти. Катрен – четверостишие, а он сколько навалял?

– Этот момент Осин оговаривает, – спокойно парировала Нина. – Он поступил так ради ясности изложения. Для лучшего восприятия.

– Ладно, – великодушно махнул рукой Юра. – Замнем для ясности. А где он все это раздобыл?

– Центурии потрясли его десять лет назад.