Берег мистера Моро

Волны взлетали вверх, ветер неистовствовал, молнии полосовали небо, и ни конца, ни края этому безумию видно не было. Но смешной – в голубой цветочек, еще Мэри подарок, – спальный мешок оберегал «Снежинку» от самого худшего. До поры.

Говард спустился в каюту. Спутниковый телефон без тарелки – груда дорогого железа, и он подсел к рации. Надев наушники, Говард еще раз взвесил все «за» – их было много, и «против», которых практически не нашлось, потом повернул рукоятку включения, подумав, что проигрывать тоже надо уметь и что он таким умением похвастаться не может.

Он хотел подать сигнал «SOS». Но, конечно, не сейчас, чуть погодя, когда альтернативы не будет. А пока надо проверить, как работает рация.

Судьба распорядилась по-своему, избавив человека от терзаний нелегким выбором. Рация безмолвствовала.

Говард проверил питание – ток шел. Снова покрутил верньеры настройки – тишина. Отогнув пружинные пластины, он ухватился за хромированные скобы по бокам рации, потянул… Тяжелая металлическая коробка нехотя вывернулась из обклеенного пористой резиной углубления, и Говард увидел стальной стержень, насквозь пропоровший стенку рубки и изуродовавший заднюю стенку рации.

Откуда он взялся, оставалось лишь догадываться. Ничего даже отдаленно похожего Говард на «Снежинке» не встречал. Вот, пожалуйста, еще один фокус океана, еще одна загадка, на которые он такой мастак.

Яхта накренилась, рыскнула в сторону и, соскользнув с волны, получила сильный удар в левый борт. Говард еле устоял на ногах, тем не менее пять секунд спустя он был в кокпите.

Да, так и есть: сорвало плавучий якорь. Прощай, ткань в цветочек.

Говард снова завел движок. Развернул яхту. Готовый в любой момент кинуться к румпелю, он смотал трос, нацепил на раму парусиновый чехол от генуи и бросил импровизированный якорь в воду. Тот исчез в волнах, вынырнув далеко позади «Снежинки». Канат натянулся, тормозя и удерживая яхту кормой к волне. Говард остановил двигатель.

Что ж, мистер Баро, пора воспользоваться буем, находящимся на спасательном плоту и в автоматическом режиме подающем сигнал бедствия.

Уже не теша себя иллюзиями, что сможет самостоятельно справиться с проблемой выживания, Говард включил буй.

* * *

Хьюэлл был фантастически талантливым электронщиком. То, перед чем спасовал Говард, для него оказалось сущим пустяком. Еще до отъезда в Портсмут Говард знал о Джозефе Марлоу больше, чем все государственные органы Соединенных Штатов.