Берег мистера Моро

Хотя, признаться, я уже начал привыкать и к этому месту наших встреч.

Он поднял голову и встретился глазами с афроамериканцем в зеленом пиджаке. Тот явно был местным завсегдатаем. Говард улыбнулся, и афроамериканец улыбнулся ему в ответ. Говард улыбнулся еще шире.

– Не обольщайтесь, – осадил его Хьюэлл. – За своего вас тут пока не приняли. Для этого нужно тут жить и, желательно, сменить цвет кожи. Но за свой «мустанг» вы можете не беспокоиться.

Так и оказалось, автомобиль теперь спокойно дожидался своего владельца.

Говард попрощался с Хьюэллом и отправился домой. Надо было проследить за грузчиками, пакующими вещи.

Через неделю он уже был жителем Портсмута, а еще месяц спустя встречал там Хьюэлла.

– Добро пожаловать, Нельсон.

Хьюэлл поселился у него. Вечер они посвятили разбору привезенных из Чикаго бумаг и просмотру файлов. Как он их добыл, откуда выудил, в такие мелочи программист не вдавался, памятуя о малой компьютерной продвинутости своего партнера.

Информации было с избытком, предстояло ее упорядочить.

– Разберусь, – уверенно сказал Говард.

– А я буду подбрасывать работенки, – пообещал программист. – Яхту свою покажете?

Оказалось, Хьюэлл разбирается в крейсерских яхтах, поэтому его высокая оценка «Снежинки» не могла не порадовать Говарда. Единственное, что вызвало недоумение программиста, это румпель вместо штурвала. Как-то совсем несовременно, старомодно…

– В этом-то и прелесть, – не слишком внятно объяснил Говард.

Тем не менее, Хьюэлл ответом удовольствовался.

Они вышли в море. Хьюэлл умело управлялся со шкотами. Говард был на руле. Напарники!

Программист уехал на следующий день, пообещав дать о себе знать через месяц, а Говард отправился в свое первое дальнее одиночное плавание.

Так и повелось. Хьюэлл приезжал в Портсмут, вручал Говарду очередную порцию документов, скачивал файлы, и они отправлялись в гавань.

Потребовалось больше года на то, чтобы Говард нащупал в защите Джозефа Марлоу уязвимые места. Еще несколько месяцев кропотливой работы, и они были готовы предоставить инспекторам налоговой полиции целый пакет уличающих недобросовестного налогоплательщика сведений.

Господину Марлоу предстояло изрядно поволноваться. Потому что это Америка, в ней могут простить многое, но никогда – обман государства!

– Когда? – спросил Нельсон Хьюэлл.

– Завтра. Нам удастся сохранить анонимность?

– Обижаете, мистер Баро. Никто не будет знать, откуда поступили сведения. Мы останемся в стороне.