Леврония

– Я вам очень сожалею… А не хотите ли вы заработать? Думаю для вас это было бы очень желанно

– Да, конечно хочу, но как?

– Я смотрю у вас есть потенциал, я предлагаю вам стать… ну, назовём эту должность «охотник»

– И в чём же будет заключаться моя работа?

– Ну, знаете, сейчас много нечисти развелось вокруг, всем нужна помощь, а за оказанную помощь немало платят, вы будете выполнять заказы, а я предоставлю вам жилище, все нужные для работы инструменты: мечи, кинжалы, луки, какое хотите оружие, вы будете получать часть от платы за выполненную работу, вы согласны?

– Да, конечно, я согласен.

– Какого документа?

– Ну, о гражданстве

– Это не проблема, оформим вам документ, есть у меня один знакомый, который сможет помочь.

– Хорошо, а когда я смогу приступить к работе?

– Подожди, ты оружием то владеть умеешь?

– Ну…

– Ну вот, тебе надо бы для начала одежду хорошую присмотреть, а потом и делу боевому обучить тебя и станешь отличным охотником.

– Хорошо

– Пойдём со мной, отведу тебя к себе домой, будешь у меня жить, дом у меня большой.

Оба не спеша отправились к дому. Придя Альберт был в полном восторге, он даже и мечтать не мог о том, чтобы жить в таком доме, да это был не просто дом, а целый особняк. Пришли они уже к вечеру и легли спать, Альберт наконец-таки лежал на настоящей кровати, мягкой, удобной, всё его тело было благодарно такому отдыху.

Наутро Кристофер предложил Альберту выбрать одежду из гардероба. Выбор был огромен, но выбрал он из всего разнообразия одежд обычную рубаху, штаны да сапоги, в его наряде выделялся лишь кожаный плащ и шляпа.

Далее Кристофер начал обучать Альберта обращению с оружием, больше всего ему понравилось орудовать с кинжалами, они показались ему довольно удобными и небольшими, чтобы их можно было спрятать.

После этого начались постоянные тренировки.

Настало время первого заказа Альберта. Жители местной деревни жаловались на человека который ходит по ночам и грабит людей. Задача охотника всегда состоит в убийстве, иногда даже в убийстве обычных граждан, которые могли и не совершать никаких преступлений, а просто оказались для кого-то неугодны.