Ловцы душ на «Обероне»

И чем чаще он пытался отмахнуться от прошлого, тем сильнее и жестче оно брало его за горло. Потому что в душе, как ни крути, он по-прежнему оставался «Человеком боя» и тоска по армии ежедневно глодала его изнутри. И хотя он и старался утешить себя тем, что время рано или поздно излечит этот недуг, ожидаемого облегчения так и не наступало.

Подобное положение вещей очень беспокоило Марину. Она постоянно переживала за мужа и всячески старалась окружить его любовью и заботой, чтобы хоть как-то отвлечь от невеселых, лезущих в голову, мыслей.

Успев настолько сильно прикипеть к Ярославцеву, Марина была готова любой ценой сохранить тепло их семейного очага. Поэтому Костя буквально боготворил ее за это, понимая рассудком, что более преданной, ласковой и любящей супруги ему не сыскать на всем белом свете.

Сегодня он красочно пересказал ей свои впечатления от прогулки, однако, молодая хозяйка, не разделила его восторгов и расстроено кивнула в сторону открытого окна:

– Твои азалии снова завяли, так и не успев распуститься.

– Я уже видел. – Огорченно вздохнул раздосадованный муж и посетовал: – Ни как не возьму в толк, чего им в этот раз то не хватило?

– О-о-о! Ты же знаешь, что это особый, очень редкий сорт. – Попыталась успокоить его Марина. – Помнишь, о чем говорил тебе старый шаман с Акташкого плоскогорья?

– К моему стыду, я слушал его тогда не внимательно. Кажется, он пытался убедить меня в их чудодейственных свойствах.

Но мне, почему-то показалось, что он просто набивает цену в надежде раскрутить нас еще на парочку монет?

– Не скажи! Я тут недавно покопалась в глобальной архивной сети и отыскала об этом сорте весьма любопытную информацию.

Они не только чудодейственны, но еще и очень чувствительны к человеческой натуре. Например, в древнем Китае императоры всегда перед тем, как заключить с чужеземным послом дружественный договор, под любым предлогом, старались завести его в беседку, свитую из этих благородных цветов. При этом сами, оставаясь на пороге, очень внимательно следили за соцветиями. И если те начинали подсыхать, то сразу делали вывод, что истинные помыслы дипломата, очень далеки от его сладких речей и клятвенных заверений.

– Неужели ты веришь в эти фантазии?

– Конечно же, нет! Смешно предполагать, что в нашем доме кто-то вынашивает коварные замыслы. По-моему если мы как-то и влияем на них, то причина здесь кроется в нашем боевом прошлом.