Ловцы душ на «Обероне»

Небольшой осадок от прошлого все еще продолжал преследовать ее и, поселившись в дальнем уголке сознания, до сих пор оказывал влияние на личную самооценку.

Однако к моменту своего первого визита она, уже полностью сформировала свою жизненную позицию по этому вопросу и решила вести себя с Ангелами, как ни в чем не бывало: ни перед кем заискиваться, и никому не навязывать свое общество. Короче, держала планку на заранее определенной высоте.

Как будто бы говорила этим: «Да, я создала вам в прошлом некоторое количество неприятностей, но совершенно не собираюсь посыпать голову пеплом и прилюдно каяться по этому поводу.

Если вы заинтересованы во мне настолько, чтобы простить этот грешок, то принимайте меня такой, какая я есть».

Конечно же, община отнеслась к ее визиту весьма насторожено. Хотя другой реакции Елена Викторовна собственно и не ожидала. Всеобщее радушие, угодливо распростертые объятия, и пылкие заверения в любви, ее бы крайне встревожили и заставили, как следует, призадуматься.

И именно поэтому она, мудро воспользовавшись приглашением Ярославцева, пока что присматривалась, приценивалась и анализировала, анализировала, анализировала…

И только в самом конце отпуска наша Сверх – осторожность решилась-таки подать заявку на постоянное место жительства.

Общее собрание Ангелов, без долгих обсуждений, большинством голосов удовлетворило ее прошение. Против никто не проголосовал. Лишь двадцать восемь человек дипломатично, без объяснения причин, решили воздержаться.

Внутренне Елена Викторовна была вне себя от восторга! Подобный расклад при голосовании стал ее маленькой победой! Ведь в глубине души она продолжала считать себя: «Кошкой, которая гуляет сама по себе».

И если ей удалось расположить к себе две третьи отряда, то в первую очередь от этого выиграла ее профессиональная гордость.

В тот памятный вечер они вернулись от Дормидонтовых и сразу же расползлись по кроватям. Аленка организовала для всего отряда отвальную, и пиршество, начавшись поздним утром, прошло как никогда душевно и на славу…

Примерно в полночь Костя пробудился оттого, что кто-то легонько прикоснулся к его щеке.

Беременная Марина сладко посапывала под бочком, а возле его кровати стояла обнаженная гостья и, сверкая во тьме очами, настойчиво манила его за собой.

Костик попытался, было упереться, но Булгакова сердито прошипела:

– Идиот! Это совсем не то, о чем ты подумал! – и решительно сграбастав его за пижаму, буквально выволокла на свежий воздух.