Потерянный рай

– М-да! – Константин присел и с сожалением потушил сигару, – Особо похвастаться нечем. А я то, старый дурень, надеялся, что мне пришлют более опытного офицера…

Елена же, пропустив мимо ушей его рассуждения, четко приложила руку к берету, и отрапортовала:

– Старший лейтенант Булгаковы представляюсь по случаю назначения на должность первого заместителя начальника экспедиции. – Она подчеркнуто официально приблизилась к столу и протянула Ярославцеву информационный чип.

– О, как! – немного растерялся капитан и немедля подсоединил его к своему персональному компьютеру.

Он долго изучал приказ о ее назначении и, наконец, как бы невзначай, поразмыслил вслух:

– Вот так всегда! Не срачка – так пердячка, не понос – так золотуха. Стало быть, мое представление о назначении на эту должность капитана Бухарина, отправленное месяц назад, все – таки отклонили. А в замен прислали Вас…Так – так – так… Обидно, досадно… Но ладно! Мы привыкли выполнять приказы, а не разговаривать.

– Так точно, сер.

– Однако праздновать победу нам пока еще рановато, и знаете почему?

Елена дипломатично промолчала.

– Да потому что, не смотря на вашу стопроцентную уверенность в собственных силах меня, как начальника экспедиции, очень беспокоит ваша профессиональная некомпетентность и полное отсутствие боевого опыта.

Столь неожиданное заявление командира застало девушку врасплох.

– К чему вы клоните капитан?

– Да к тому, что вы или сверхталантливы, или очень родовиты. Других объяснений вашей головокружительно карьеры я пока что не нахожу. Есть еще конечно и третий вариант столь успешного продвижения по службе.

– И какой же?! – чувствуя явный подвох, ощетинилась Елена. Вызывающее поведение Ярославцева ей очень не понравилось!

– А вы не догадались?

– Представьте себе, нет.

– Я смею подозревать, что свое последнее назначение вы пробили отнюдь не служебным рвением, а исключительно интимным местом, – Ярославцев внимательно следил за ее реакцией.

– Когда мне приступить к приему дел и должности? – как ни в чем, ни бывало, задала вопрос Елена. Казалось, ее совершенно не интересуют его провокационные разглагольствования.

Такое демонстративное презрение натолкнуло Константина на мысль, что здесь, все-таки был замешан третий вариант.