Воевода Константин

Теперь он не сомневался в окончательном разгроме Стражей. Все свидетельствовало об этом: потерь среди его подчиненных, не было, боекомплекта оставалось больше двух третьих, а гвардия в нетерпении рыла землю и рвалась в бой.

Но! Случилось непредвиденное. Как и опасался Оракул, в сражение вмешалась третья сторона.

В сознание капитана рванула ярчайшая вспышка света. Сначала он попытался сконцентрироваться и понять, что это такое?

Вот только разум предательски угасал, а нестерпимо жгучая боль, полыхнув в груди, разошлась волной по всему телу.

Еще на Церии он научился управлять ею, и сейчас, героическим усилием воли, обуздав и приглушив, попытался не провалиться в черную яму небытия, отчаянно балансируя на самом краю этой бездны.

Он видел, как лопались и выгорали изнутри соты!

Как корчились в них, агонизирующие муравьи!

Как полыхнул и мгновенно угас Оракул, обреченно заглох реактор, а снаружи, с небес, на гору обрушился ливень из капель раскаленной нейтральной плазмы, который вывел из строя все артиллерийские установки, но при этом, словно в насмешку, не зацепил солдат и боевые расчеты.

Как вместе с экипажами сплавились в комки металла минные заградители и необъяснимым образом, при помощи каких-то невидимых лучей в самой горе появились два десятка широченных дыр – проходов.

Он все это видел, наперекор тем, кто хотел его убить!

Но случившееся уже мало волновало его. Капитан быстро угасал, неотвратимо скатываясь в холодный Мир мертвых.

В который раз за свою боевую биографию ему пришлось встать возле его врат и настойчиво постучать в них кулаком.

Однако до сих пор обстоятельства складывались так, что все его попытки заканчивались легким испугом. Вот и сейчас, откуда-то, из дальних уголков подсознания, в него ворвалась новая, неведомая и дикая сила, которой он пока еще не мог распорядиться.

Зато она, без его вмешательства, в несколько тысяч раз ускорила регенерацию клеток тела и, затянув смертельную рану на груди, вырвала свое любимое дитя из цепких лап «Курносой».

Ярославцев открыл глаза и ударом ноги сначала проломил, а потом и вовсе раскрошил крышку сдохшего темпорального модуля.

Он жаждал действий! Но вокруг царила непроглядная тьма и полнейшая тишина, словно капитан каким-то образом оказался закопанным в глубокой могиле.

– Месс? – негромко позвал Константин своего верного оруженосца.

– Я здесь! Главнокомандующий! Слава богу, вы живы! – обрадовано пискнул тот.