Игрушки создателя

Что тут за нравы? Разговаривают с незнакомым человеком, как с родным. У нас так было неприемлемо, люди вообще старались лишний раз рот не открывать, смолчишь и никто не услышит. Контроль тотальный, наказание быстрое. Любимым занятием службы правопорядка было выявление случаев о недоносительстве. Всё очень просто – например кто-то увидел правонарушение и не доложил о нём куда следует. Просто отвёл взгляд и поспешил исчезнуть – не моё дело. Но информация то уже зафиксирована, твоё зрение – оно ведь не совсем твоё, система наблюдает твоими глазами, а по закону о гражданском самосознании ты был обязан тут же оформить донос.

И всё – вот ты уже и сам преступник. Поэтому доносили все и на всех. На всякий случай, так было спокойнее жить. Мне же удавалось обмануть Систему, отправляя в банк данных только то, что сам посчитаю нужным. До сих пор не понимаю, как они допустили такое – практически неконтролируемый гражданин.

Я, наверное, всегда был белой вороной, не как все. На вопрос почему я такой у меня ответа не было, равно как и у Учителя, а уж он то, поверьте, приложил все усилия чтобы разобраться в причинах моей аномалии.

Ведь разгадка сулила такие перспективы, что и вообразить трудно. Но нет, его заключительный вердикт был следующим – вопрос не поддаётся расшифровке, одноразовый эволюционный сбой или, что маловероятно, вмешательство неизвестной современной науке силы. Правда непонятно – нахрена?

Короче говоря, ерепениться я не стал, кто знает, вдруг у них так и принято общаться друг с другом? Так что пока выделяться не будем, правила игры надо принимать такие уж какие есть.

Пока что мало информации. Где же мне добыть её? Послушно сунув ноги в кроссовки, я наконец решился:

– А что, Кузьич, есть ли в вашем заведении какие нибудь книги? Бумажные. Ну, или цифровые, мне без разницы, – спросил я, вставая с кровати и про себя отметил, что движения даются мне уже гораздо легче, чем вначале.

Наспех протестировав ещё раз весь организм, я пришёл к выводу, что и в этом плане местные имели фору перед нами – регенеративные возможности были поразительными.

– А тебе зачем? – удивился фельдшер. – Читать любишь, что ли? Так это в библиотеку надо. У нас, правда, в деревне нету её. Да и читать то меньше стали. Молодёжь так и не читает вовсе. Книги, я имею в виду. Всё в телефонах своих сидят, да не с книгами – игрушки одни на уме и эти, как их… Соседка у меня ведёт, всё про грядки свои рассказывает, да на камеру снимает. А кому нужны её грядки? Видал бы ты их.