Подземный бастион

Аляповатые бюджетные авто да ржавые детища советского автопрома стояли вдоль и поперек проезда, даже на газонах, превратив их в месиво.

Когда по запруженной улочке начинало лавировать четырехколесное транспортное средство, пешеходы боязливо жались к стенам домов. При оглушающем реве мотоциклетного движка они застывали каменными статуями. Так вытягиваются по струнке солдаты на прибытие генерала, так большой начальник строит подчиненных, так парализует страх. Лишь трехшерстная кошка невозмутимо поглядывала на всё это в прищур, сверкая колдовской зеленью глаз.

Зачастую этих шумящих возмутителей общественного порядка называют хулиганами, шпаной, трудными подростками. По ним якобы плачет тюрьма. Они входят в пресловутые десять процентов, что из века в век потрясают мир. И вряд ли граждане понимают: есть нечто, из-за чего пацаны гоняют по двору на двухколесном снаряде. И это нечто не позволит им стать отмороженными бандитами, подонками и подлецами.

Об этом НЕЧТО и получилась настоящая история.

***

Из-за угла дома, не сбрасывая скорость, вынырнули два мокика с тремя наездниками. Это летели три друга пятнадцати лет от роду. Жора, Жига и Жук.

Жора с пелёнок отличался грузным телом: его распирало во всех направлениях. Ноги и руки кажутся несоразмерными култышками. Голова того и гляди втянется в рыхлые плечи, шею уже втянуло. Живот закрывал немногочисленные устройства на приборной панели, подпирая руль. Но это ничуть не омрачало паренька. В классе он верховодил (с позволения Жука!).

Одним ударом мог уложить кого угодно. Никто не осмеливался вслух обозвать Жорку жирюгой. Кроме двух старшеклассников, предпочитающих держать язык за зубами.

Жига (для мамы – Гена), напротив, худ и высок. На голову выше друзей. Весь такой нескладный; жесткие волосы взъерошены, точно последние здравые мысли многочисленными пружинами выпрыгнули из головы, лишенной единого центра координации.

Жук (для мамы – Саша) выглядел как нормальный среднестатистический подросток пятнадцати лет.

Не толст и не худ, не широк в плечах и не узок. Расческа изредка касалась вихрастых волос. Неисчезающие ссадины на руках подобны мозолям трудяги. Острые глаза с прищуром давали понять: паренек далеко не прост, любое враждебное действие будет немедленно пресечено.

Совершенно разных по внешнему виду подростков объединяла безотцовщина. Так уж сложилось, что у всех троих по разным причинам образ родного отца прорывался смутными воспоминаниями.