Залавруга, или Все фантазии воплощаются в жизнь… Повесть

Однажды Сергуша сказал другу: «Всё, что ты говоришь, надо разделить на два, а из частного отнять половину делимого. Это и будет правдой». Тимоха долго анализировал в голове то, что сказал Сергушкин, а потом обиженно произнёс: «Так ноль же получится». «А сам виноват. Как я могу тебе верить, если ты на каждом шагу фантазируешь?» – Сергушкин никогда не говорил, что его приятель врёт, он считал его «великим фантазером». Это Тимохино качество иногда помогало друзьям в различных ситуациях. Они были первыми художественной самодеятельности и футболе.

Причем в футбол играл Сергушкин, а Тимоха потом всем рассказывал, как его друг блестяще провёл игру. Сергушкин понимал, что в этих рассказах Тимоха изрядно присочиняет, но ему было приятно, он ощущал себя героем несуществующей книги «Детство Марадонны». И вот этого сочинителя прозвали Перископом, ладно бы бароном Мюнхгаузеном, а то – Перископ. Тоже мне, капитан «Наутилуса».

Тимоха появился, как всегда, в возбуждённом состоянии, он издалека размахивал руками, привлекая к себе внимание:

– Привет, Сергуша! Привет, Котян!

Костик важно за руку поздоровался с приятелем своего старшего брата и своим, как он считал, другом.

– Что машешь ластами? Всплыл с перископной глубины и обнаружил на борту своей ванны пришельцев из космоса? – предвосхитил очередной «правдивый» рассказ Тимохи Сергушкин.

– Сергуня, дай ему сказать, – заканючил Костик, боясь лишиться очередной увлекательной истории, – а ты, Тимоша, рассказывай. Мы тебя очень внимательно слушаем.

Последние слова Костя произнёс очень строго и важно, подражая отцу, когда тот, придя с родительского собрания, подзывал мать, и они вместе, глядя Сергуне в глаза, ждали чуда. А чудо могло заключаться в одном: классный руководитель ошиблась, и это не их сын со своим лучшим другом Степашкиным отформатировали жёсткий диск на учительском компьютере в кабинете истории. В тот раз Сергуня пытался оправдаться тем, что историчка не знает средневековой истории Руси, не читала Фоменко с Носовским и всё путает в летоисчислении.

Они с Тимохой хотели удалить из компьютера заведомо ложные презентации, которые вводят в заблуждение их одноклассников.

– Я видел первобытного человека. В шкурах и с дубиной в руке. Только что, – выпалил возбуждённый Тимоха, – и я с ним разговаривал.

– Ну, и как там у них? – с явной ироний в голосе спросил Сергушкин.

– Что и где?

– Ну, как там у них погода? Ведь обычно, когда встречаются незнакомые люди, они говорят о погоде.