Приглашение к счастью

Когда позади переживания тревожной ночи перед дуэлью, сравнимые с волнением новобранца перед боем или преступника, ожидающего казни на рассвете. И утреннее солнце, разогнав предрассветные сумерки, приветливо улыбается тебе в лицо, а весёлое щебетание птиц и беспечное порхание бабочек скрашивает, возможно, последние минуты жизни.

Утро этого дня выдалось не по-февральски солнечным. Птиц и бабочек, конечно же, не было, за то искрящийся на солнце снег живописно подчёркивал красоту бытия. Как будто по белому шёлковому покрывалу, зима, щедрой рукой, раскидала горсти сверкающих бриллиантов.

На некотором удалении от места дуэли, традиционно назначенном возле Чёрной речки, стояли два экипажа, возле которых неспешно прогуливались трое офицеров лейб-гвардии кавалергардского полка. Не смотря на то, что все они, как и положено всадникам тяжёлой кавалерии, имели массивное атлетическое сложение, один из них всё же выделялся среди товарищей, превосходя их ростом и статью. Это был инициатор конфликта, двадцатишестилетний штабс-ротмистр князь Владимир Сергеевич Раевский.

Его вид невольно наводил на мысль, что господь бог, создавая этого человека высоким голубоглазым блондином, руководствовался строгим кавалергардским стандартом. Волевое лицо князя выражало решимость и нетерпение.

– Пора бы им уже появиться – нервно произнёс он, не отрывая взгляда от дороги.

– Успокойся, Владимир, у них ещё есть четверть часа – отозвался один из секундантов – а нам не стоило так спешить, прибытие на поединок не позднее, чем за пять минут до назначенного часа считается проявлением хорошего тона, тем самым демонстрируя пунктуальность и хорошие нервы.

– Я не мог допустить опоздания – упрямо ответил Раевский – оно могло быть расценено, как уклонение от дуэли.

– Меня беспокоит твоё нетерпение – включился второй секундант – От этого может дрожать рука.

– Ерунда, моя рука может дрожать только от похмелья – ответил Раевский – и завтра утром я вам это продемонстрирую, а сегодня я намерен поставить красную точку в этом затянувшемся водевиле.

– Осталось десять минут – щёлкнул крышкой часов секундант – а вот, кажется и они – объявил он, увидев приближающийся возок.

Едва извозчик натянул вожжи, из него бодро выскочили двое гусарских ротмистров и проворно зашагали к ожидавшим. Приблизившись, они сдержанно поприветствовали оппонентов. Старший по виду упредил вопрос.

– Господа, штабс-ротмистр граф Гончаров известил меня, что прибудет сюда самостоятельно.