Под знаком Стрельца

Наконец он произнес:

– У меня никогда не было рук, только эти странные отростки, похожие на щипцы, – и Гун вытянул свои красные клешни, щелкая ими и ожидая, что скажет старуха.

Она тяжело вздохнула:

– И у меня никогда не было нормального тела. Мой лиловый цвет кожи и волосы по всему телу, – и Гаэ приложила руки к лицу, показывая тем самым, что Гун не одинок.

Мужчина подошел и нежно положил клешню ей на плечо.

– Ничего страшного. Завтра мы забудем о недостатках.

Тем временем в башню Троона перебрались Руйб и его семья.

Кроме самого генерала, в соседние апартаменты въехали два его сына. Не обошлось без потерь: дочь погибла при бомбардировках, а жена Руйба в больничном бункере дожидалась регенерации поврежденных органов как пациентка с тяжелыми травмами.

Генерал и сыновья находились в тревожном ожидании. После обустройства в обновленных апартаментах Руйб пригласил к себе домой Кира и Тувса – так звали его отпрысков. Впрочем, оба были уже зрелого возраста, сам же генерал – почти пожилого.

В следующем году ему исполнялось семнадцать лет по летоисчислению астероида.

– Есть новости, Кир? – спросил он.

– Все также, папа, – ответил Кир, покачав черноволосой головой и сжав губы.

Оба брата понимали, о чем спросил отец и как он переживает.

Их мать по-прежнему лежала в медикаментозной коме в больничной палате.

– Говорят, регенераторы на подходе, – сказал Тувс, пригладив такую же черную шевелюру, как у брата.

 – И еще в инфосетях прошли голосования, скоро большая конференция. Там будут решаться многие вопросы. Нейросеть и машины должны быть найдены, если они спрятались. А об этом многие сегодня говорят.

– Согласен, Тувс, – кивнул Руйб седой головой. – Мы обязательно будем на конференции, и на ней примем самые важные в настоящий момент решения. В том числе о накопителях, о нашем будущем, о союзниках, о нейросети. Скорее всего, мы просто наметим планы, а решения будем принимать уже на местах.

Каждый на своем.

Руйб подошел к стене, где виднелись красочные ячейки с изображениями блюд, щелкнул пальцами, и из стены выдвинулся поднос с кулинарными изделиями. Руйб вернулся к сыновьям и поставил поднос на столик рядом.

– Угощайтесь! – предложил он. – Наши старые добрые десерты: здомрики, домбровки, смафрочиты, лейпробацы, гнейзорелы.

На белоснежном подносе красовались аппетитные кушанья разных цветов и форм.