Под знаком Стрельца

Но теперь-то мы будем работать вместе, зачем мне летать на работу из другого небоскреба, если я могу жить в двух шагах от своего кабинета?

– Полностью поддерживаю ваше решение, – кивнул Цвок и предложил экс-президенту садиться.

Тот принял предложение, почти совсем слившись с сиденьем. Будучи довольно низкого роста, он сидел практически вровень со спинкой.

Кабинет, в котором они находились, уже ничем не напоминал бывший кабинет президента Пруга. Другой стол и мебель, другие стены и панели для очистки воздуха, закрепленные в проемах между стенами и потолком.

– Рад, что теперь мы в одной команде, – снова заговорил Цвок, устроившись за массивным белым бюро. – А ведь не так давно мы ненавидели друг друга как представители непримиримых районов астероида.

– Ох, лучше не вспоминайте, – фыркнул Жом, засверкав глазами. – Все изменилось настолько, что надо думать о том, как мы найдем себя в этом изменчивом мире.

Даже непривычно говорить до сих пор «на астероиде» или «на Весте», ведь с рождения мы привыкли называть наш дом Землей. Но что же делать, придется приспосабливаться.

– Конечно, – вздохнул Цвок и откинулся в кресле. – Но у нас будут и свои плюсы. Пока от нас требуется контролировать транзакции, тихо и мирно работать на своих местах. Благо, что ваша кандидатура помощника экономиста утверждена, а точнее – не встретила возражений, и я ее утвердил, как будто имею на это полномочия.

Жом ухмыльнулся:

– Так вы же главный экономист, вам можно, – он снова сверкнул глазами. – Нам везет, что у нас нет такого тотального контроля, как могло быть при управлении нейросетью. С другой стороны, для нас он не стал бы проблемой, особенно, если бы мы сохранили свои прежние должности. А теперь – вот вам должность экономиста, а мне – вашего помощника. И никому нет дела до того, что я полжизни провел в кресле президента района и имею богатый управленческий опыт! Дураков в инфосетях хватает, именно они и задают сегодня тон в голосованиях и в Движении сопротивления.

Я тоже делаю вид, что в нем состою. Других движений быть не может – их попросту не поддержат, они никому не интересны. Голосования проводятся лишь такие, какие предполагают противодействие внешней угрозе, каким-то умозрительным машинам, будто они до сих пор существуют.