Вселенная в огне

Что поделать, эта игра была продиктована политической необходимостью.

Тем временем бывший напарник Вана был нарасхват у многочисленной армии обозревателей. Он сидел перед камерой и отвечал на вопросы по видеосвязи. Аудиторию составляли зрители района Цветочных клумб. Они хотели знать, почему их чемпион сбежал. Неужели он сам сдался в плен их заклятым врагам из района Миротворцев?

– Однозначно, он сам сдался в плен, он попросту сбежал. Я был его напарником длительное время, и могу говорить об этом наверняка, – сказал Дем.

– Но позвольте, каковы причины, побудившие чемпиона мира и образцового, казалось бы, солдата сбежать на сторону врага? – спросил обозреватель.

– Причины простые. Первая причина: он принимал допинг, и нечестно выиграл чемпионат. Об этом все знают. Об этом знаю я и многие ребята, с которыми общался Ван. Понятно, что когда слухи о допинге начинают распространяться, это неприятно. И с этим надо что-то делать. А что мог сделать с этим Ван? Он понимал, что скоро дело примет серьезный оборот, дойдет до расследования, и его лишат титула чемпиона мира.

Его бегство избавило его от подобной проблемы. Он сохранил звание чемпиона и вышел сухим из воды.

– Были еще причины? – спросил обозреватель.

– Конечно, были, – ответил Дем. – Посудите сами: он был не только подлецом по жизни, но и тираном в семье. Свою жену он постоянно оскорблял, я сам слышал эти оскорбления из его уст и мне было от этого не по себе.

Как можно так ненавидеть свою жену? Она очень страдала от его тирании. А дети? Они были брошены, он совсем о них не заботился. И посмотрите, что он сделал: он бросил жену и детей, убежав за лучшей, как ему кажется, долей. Он всегда был таким негодяем. Я знаю, о чем говорю, – заключил Дем.

Он ответил еще на пару десятков похожих вопросов такими же похожими фразами. Затем выключил виртуальный экран и вышел из своей комнаты.

Спустившись на лифте до сто двадцатого этажа, Дем отправился в апартаменты, где его уже ждала Жизз.

– Милый, ты так долго! – воскликнула она.

– Это тебе! – сказал Дем и протянул ей спрятанные за спиной цветы. – Как видишь, я настойчив!

– Теперь никто не скажет, что это веник, – засмеялась Жизз.

– Определенно.

И Дем обнял ее, стал целовать, а она смеялась и говорила, что никогда не любила «этого солдафона», имея в виду Вана.