Медленный ад

Подлетев к старику, он развернул лист с акварельным рисунком и выпалил:

– Спасибо вам, господин Звейниекс, обещаем, что будем хорошо учиться и станем достойными членами общества.

Звейниекс взял рисунок из его рук, сказал:

– Спасибо, молодой человек.

Подбежавшая сзади директриса приняла у него лист. Звейниекс, повернул голову, чтобы попрощаться, но в этот момент пацан бросился к нему и обхватил руками. Он крепко прижался к Звейниексу. Его голова уткнулась в затянутый твидом живот, макушка едва доставала до груди.

Старик застыл с поднятыми руками, будто боялся прикоснуться к ребёнку. Веня взял его лицо крупным планом. Он был достаточно близко, чтобы увидеть, как затрепетали крылья его носа, как гримаса отвращения скривила старческие губы, как они задрожали. От чего? От страха?

«А дедуля-то паникует…» – подумал Веня. Тушин в этот момент о чём-то говорил с Лисицыной. Дети, скучая, пихались или рассматривали потолок. Только Веня и его камера видели, как возле правого плеча Звейниекса появилось круглое личико директрисы, и он скорее прочитал по губам, чем услышал его шёпот:

«Уберите его, он воняет»

Директриса с усилием разомкнула обхватившие спину старика детские руки, оттолкнула, и пацан, опустив голову, пошёл к остальным детям.

Веня довернул камеру как раз вовремя, чтобы увидеть, как сверкнула в видоискателе его улыбка. Пацан подмигнул оператору и исчез за спинами товарищей. Звейниекс в это время, опираясь на руки Тушина и Василисы, удалялся в сторону лестницы. Последним, что поймал в кадр Веня, было испуганное лицо старика с запавшими глазами.

– Плохо человеку, плохо, не видишь? Переутомился! Выключи уже свою камеру! – закричала на него директриса, и Веня послушно нажал на кнопку.

Он сбросил сбрую и сгрузил оборудование на подоконник. Холл опустел. Возле входа высились штабелями коробки. Веня сел на диван, закинув руки за голову. Кто-то упал на сиденье рядом.

– Врёт он всё, я не воняю. Нас сегодня в душ гоняли, – сказал белобрысый пацан, – можете понюхать.

Веня опустил руку и потрепал его по волосам.

– Верю, брат, верю, – ответил он.

Пацан залез в карман и достал сникерс.

– Будете?.. Половину.

– Давай.

Когда шоколадка кончилась, Веня протянул руку:

– Вениамин.

– Феликс, – ответил пацан, сжав Венину ладонь. – Но вообще-то принято наоборот: чтобы взрослые детей шоколадками угощали.

– Ну так-то да, – согласился Веня. – Феликс[20 - (лат.