Сдохни, но живи

Он бросил телефонную трубку на рычаг и вновь улегся на кровать. Рассказов жил в Краснограде, столице Красноуральского края, самого криминального региона нынешней России. Отчего бывший сослуживец вспомнил о нем, Саше, именно теперь? Пехота раздумывал над этим довольно долго, но так не до чего и не додумавшись, решил вставать. Он поднялся, умылся, сделал зарядку и, усевшись за массивный кухонный стол, принялся завтракать. Раннее утро не располагало к чревоугодью, и Саша решил остановить свой выбор на легкой геркулесовой каше.

Залив в кастрюльку молока, Саша довел его до кипения и только после этого сыпанул туда несколько ложек овсяных хлопьев.

В ожидании каши, он включил телевизор и тупо уставился на экран. Молодящаяся из последних сил ведущая задорно вещала о погоде в столичном регионе, и, покончив с метеопрогнозами, передала слово угрюмому, стриженому наголо типу с тяжелой челюстью.

– Время криминальных новостей. С вами Тимофей Собакин, – мрачно объявил тип, – сегодня ночью правоохранительные органы провели серию арестов.

В руки полиции попали бандиты из так называемой Мухинской преступной группировки. Их лидер Иван Мухин оказал активное сопротивление аресту и был застрелен штурмовавшими его квартиру полицейскими.

На экране появилось мертвое лицо Мухи. Саша присвистнул. Все заказы он получал от этого низкорослого щупленького паренька, которого боялась большая половина криминальной Москвы. Муха вел дела уверенно и с размахом, резво отправляя в мир иной становившихся на его пути недругов и конкурентов.

Отношения Мухи и Пехоты строились на доверии и были строго конфиденциальными. Теперь сколотивший солидный капиталец Саша искренне пожалел о погибшем работодателе. Он даже вылил в унитаз почти готовую овсянку и достал из холодильника початую бутылку водки.

– Земля тебе пухом, Муха, – пробормотал он, наливая до краев граненый стакан.

Череда убиенных по заказу Ивана Мухина быстро промелькнула пред глазами Пехоты. Ни одной женщины, или ребенка, все погибшие от руки Саши были отпетыми бандюганами, или грязными, в конец опоскудившимися деятелями бизнеса и политики, по которым давно плакала высшая мера наказания, так некстати отмененная демократами.

Пехоте никогда не было стыдно ни за один выполненный им заказ. Наоборот, он, Саша видел себя мстителем, освобождавшим мир от «всяких смрадных гадов», как говаривал любимый герой Пехоты в одном из лучших советских телесериалов.