Грозный. Первый настоящий император Руси

Ну так как, готова церковь для самой середки горы Круглой?

– Батюшка-государь! – с глубоким поклоном начал Александр Иванович, – храм сделан с таким расчетом…

– Ну-ка, иди сюда, младший! Ты мне расскажи, сколько простоит церквушка, которую ты с дедом смастерил? – перебил Иван. Сергуля, держа обеими руками шапочку у шеи, смотрел во все глаза на царя:

– Великий государь! Мы очень старались! Мастера у нас хорошие, рубят так, чтобы прикрыть торцы стволов от воды и порчи. И ставить будем так, чтобы воду не сосала. Простоит, батюшка-царь, и нас переживет!

Все присутствующие охнули, даже как-то отшатнулись от мальчика.

Ведь про царскую жизнь и правление положено отзываться как о вечности.

– Дельный отрок! Как его зовут, напомните! – обернулся Иван к дьяку Выродкову.

– Мастера зовут Александр Молога, а это внук его Сергий! – с готовностью выпалил дьяк.

– Мологов внук Сергий, значит. Хорошо. Учти, Мологов Сергий, это первый православный храм в Казанском крае будет! А вера наша православная должна на века стоять крепко! – проговорил царь и повернулся к англичанину.

 – Замысел сей большой, хочу, чтобы с самого начала видел ты, друг мой, какая история тут творится! Видел и передал и живущим ныне, и для потомков. Батюшка Сильвестр, – обратился Иван уже к протопопу. – Ты осмотри храм на предмет удобности для службы и божьей милостью благослови. А ты, Анфим, сочти расходы, не забудь милости мои созидателям. Оплату за сделанное тебе поручаю. Едем в Воскресенский монастырь, тут нечего больше смотреть! – указал царь, и вся процессия начала разворачиваться в обратный путь.

– Великий государь! Зачем же в монастырь? – подскочил к царю боярин Ушатов. – В моих палатах все уж готово для встречи высочайшего гостя! Прошу, не обидь милостью!

– Бояре взяли за правило поучать, мол, царь-отрок, царь-малец! – для всех, хитро улыбаясь, громко сказал Иван. – А к тому не смышлены, что коли слово царское сказано, то ими должно быть исполнено немедля. Ничего, привыкнут и мысли наперед читать, коли жить захотят.

Сказано – в монастырь!

Процессия двинулась за Волгу, а боярин Ушатов кожей спины почувствовал, что над ним сгущаются тучи.

В большой трапезной палате Воскресенского монастыря царь слушал приближенных. Первым говорил князь Серебряный. Вдоль стены под стражей стояли пленные четверо «казанцев» со связанными за спиной руками.

– Город, который зачинить на Круглой горе на Свияге намеревались, готов стоит. По большой воде сплавлять нужно все по Волге вниз.