Грозный. Первый настоящий император Руси

Нет ведь дороже ничего, кроме своих-то детей. Спас их как мог, а теперь суди меня.

– Да ты, Петр Иваныч, не только о сынах подумал. Ты хотел двух уток одной стрелочкой убить. Кабы про поджог да про сговор твой никто не прознал, все свалили бы на Епанчу. А что?! Каждый год Епанча да такие же товарищи-разбойники балуют по Руси, а Русь горит, горит! А тебе, у которого пол-вотчины бы сгорело, государь московский милости бы всякие насыпал, да? Приполз бы, погорелец, жалко бы стало тебя. Так рассчитал?

– Великий государь, не позорь, Христом Богом прошу.

Я родовитый боярин, князь, от Рюрика, как и ты, веду колена. Одного леса моего на постройку сколько ушло, да людей – все отдал…

– Твоего леса! Кончится твой лес и род твой кончится. В предательстве спасение хотел найти! – Царь встал с кресла и скомандовал страже: – Увести боярина Ушатова. Три дня подержать в клетке возле палат, чтоб все, кем он тут правил, посмотреть на бывшего властелина своего могли. А потом отправить на Москву.

Там дознаемся, не сговорился ли наш боярин еще с кем!

– А тебе все баловство, великий государь! Для потехи с казанцами воюешь, людей губишь, детей сиротишь! Все вернется тебе! – прокричал князь Ушатый, которого уже вели под руки стражники.

– А тебе чего бы хотелось, Юра? – спросил его милостиво Иван.

– Покаяться в грехах! Прощения просить, великий государь!

Игумен поднялся со своего места и обратился к царю:

– Государь наш, опора и надежда православная, прошу, только не в обители это покаяние.

И так уж казни устроили в Боговом месте!

– Ну что же, уважим игумена, святого человека! Отведите пленных за стены монастырские и дайте им покаяться! – отдал приказ Иван.

– Благодарствую, государе! Великий государь милостив! Там церковь, да? – заверещал Юра, кланяясь и заглядывая в глаза окружающим. Его и остальных двух пленных вели к воротам. Последнее, что он увидел в своей жизни, это закатная пойма Волги и взмах шестопера, которым царский стражник ударил его в висок.

Остальные двое погибли одновременно от ударов топорами в затылок. Плюханье о воду тел, сброшенных в ров у монастырской стены, подняло на крыло копавшуюся до этого в тине цаплю. Птица с шумом разрезала воздух, описала дугу и полетела в сторону плесов.

В мечети тихо

Высокие стрельчатые арки малого зала мечети делали его зрительно гораздо выше, чем он был на самом деле.