Фришка 3

Такой штукой не пофехтуешь, зато хороший рубящий по силе не особо уступает подаче молотом.

Некоторые разбойники, свалив с дороги, проломились через кусты, побежали по полю. Убегать от кавалериста – довольно странная тактика, на мой взгляд. Кое-кто просто упал кулем, выйдя из игры. Двадцать секунд и все кончено, тридцать с лишним нападающих уничтожены. В основном благодаря бестолковости бандитов, конечно, но и наши парни не сплоховали.

– Уник, братва! Уник! – вопил радостный Мышебор в приветке.

 – Тринадцать тыщ потенциального урона ваншотом! Скил дали!

Активный навык «Рыцарский удар» похож на скил Растеслава, только выполняется не с прыжка, а верхом. Хорошая штука, попозже посмотрю.

– Пузеслав, организуй сбор и погрузку трофеев. Кусимир, Любомур, Мстиссав, Мырлин, Черепок, Дагомея – ко мне, – вызвал я наиболее представительных бойцов клана. – Слава, Леха, в свойствах персонажа откройте значки уникальных классов, без описания. Лен, выставь свою ачивку садистки.

И все откройте счетчик убийств.

Сам сделал то же самое, открыл палача и снял шлем. Рожа у меня и раньше добротой не отличалась, а теперь и подавно.

– Ну что, пойдем с твоим знакомым пообщаемся? – поинтересовался я у половинчика.

Тот с довольной хитрющей ухмылкой глянул на собравшуюся компанию и кивнул.

«Freedom» буквально воплотила мечты Александра Папаниколау, дав ему шанс из криптоторговца средней руки стать одним из первых. Пальма первенства, несправедливо захваченная филиппинскими и азиатскими гильдиями в сфере NFT-трейдинга, из этой игры уже казалась мелким кустиком, столько здесь крутилось денег.

А от перспектив захватывало дух. Пусть неудачники и дальше торгуют своими тупыми картинками и мемами, теперь ему это было неинтересно.

Конечно, были в «Freedom» и свои неудобства, в частности, совершенно лишняя боль и вездесущие запахи. Что ж, за все надо платить, хотя, когда Александра первый раз убили, он поклялся сердцем матери, что больше не залезет в проклятый ящик, занявший целую комнату в его доме.

Клятвопреступником он стал уже через два часа, и, дабы отмолить этот грех, в воскресенье вознес сто молитв в храме и поставил трижды по три свечи. Теперь если Господь кого и накажет, то его мать. В конце концов, он же клялся ее сердцем, а не своим. Конечно, получится нехорошо, но, признаться честно, эта сварливая и не в меру деятельная толстуха ему порядком надоела.