Переписать сценарий!

Как? Откуда? Никто и нигде, даже в самой армии, еще не знает о его новой должности и обязанностях… Генерал ещё раз пробежал по тексту поздравления. Взгляд зацепился за последнюю фразу:

“Не следует начинать сражение или войну, если нет уверенности, что при победе выиграешь больше, чем потеряешь при поражении. Те, кто домогается малых выгод ценой большой опасности, подобны рыболову, который удит рыбу на золотой крючок: оторвись крючок – никакая добыча не возместит потери”. Древнеримский император Октавиан Август.

– Когда и от кого получено? – сухо спросил генерал стоящего «навытяжку» адъютанта.

– Десять минут назад, по телеграфу, Сёкан. Место отправления определить не удалось.

– Те, кто ничего не могут, у меня не служат! – Найти автора письма, доложить…

«Япония – центр мира, в котором, благодаря исключительно счастливому положению, развитию и силе, фактически сосредотачивается верховная власть над политикой и торговлей всего света» – так считалось в Японии, в соответствии с догмой религии «синто».

Подготовка к предстоящей войне с Россией шла под лозунгом очистительной борьбы с «белыми варварами». Это не было большим секретом ни для Европы, ни для России.

Один из виднейших и влиятельнейших государственных деятелей Японии того времени, Окума Сигэнобу говорил: «Мы должны воевать с Россией из принципа. Нам необходимо перебраться на материк. Наши землевладельцы сеют хлеб на скалах. У нас нет земли, где мы могли бы работать. Нам необходимо бороться не на жизнь, а на смерть».

На страницах газеты «Ници – Ници» появился лозунг: «Бейте и гоните дикую орду, пусть наше знамя водрузится на вершинах Урала!».

В то время, когда война с Японией была не только непопулярна, но и непонятна для русского народа, вся Япония, как один человек, откликнулась высоким патриотическим порывом её сынов на призыв «Под знамена!». Случалось, матери новобранцев убивали себя, если их сыновья оказывались вне рядов армии и флота Микадо по причине слабого здоровья.

Генерал Кодама был неотъемлемой частью запущенной военной и пропагандистской машины.

Но он, кроме всего прочего, был ещё и реалист. Именно поэтому, в самый разгар русско-японской войны, когда одна победа следовала за другой, а всё японское общество находилось в перманентной эйфории и жаждало увидеть флаг империи над Уралом, он тайно приехал в Токио с обескураживающим предложением: “Прекратить войну немедленно и на любых условиях”!

При этом, генерал не был русофилом и пацифистом.