ПРАЗДНИК ВОЛШЕБНОЙ ЛЮБВИ

Но он вдруг отчётливо понимает, что сейчас, в данный момент, в самом начале, в этом зарождении чувств, в этом пробуждении, в этой искорке, которая может и не воспламениться, не надо выплёскивать своё ликование. Он становится строгим и серьёзным и, словно вспомнив что-то, задумчиво произносит:

– Мне кажется, мы когда-то встречались и были на «ты»…

Сказать, что после этих слов Надежда вдруг смутилась – ничего не сказать. Слова Николая полоснули её так, что она покраснела и потупилась.

– Мне пора, у меня скоро урок…

Николай не может на неё не смотреть.

Он понимает её настроение.

Он чувствует её состояние всеми фибрами души.

Но почему-то не находит ничего лучше этого вопроса:

– А мороженое?

Какая приятная неожиданность! Оказывается, именно таким вопросом, дурацким и пошлым на фоне того, что творится в их душах, можно разрядить ситуацию.

Надежда встрепенулась, рассмеялась и махнула рукой:

– Давай!

И в этом вполне безобидном «давай» Николаю почудилось что-то лукавое и озорное.

Будто не молодой педагог Надежда Ивановна Николаева перед ним, а совсем ещё девчонка в русских сапожках. Шубка меховая, варежки пушистые. Стоит на краю снежного поля и машет всаднику на белом коне: мол, давай, лети вихрем по этому белоснежью, а я буду тобой любоваться!

Да и всадник-то не кто-нибудь, а он сам – Коля Иванов.

Снегурочка всё это почувствовала вместе с ним.

Тут же мороженое отставила, руки на колени опустила, смотрит на Колю во все глаза, словно впервые его увидела.

И что за глупость какой-то ревнивый взгляд Тамары Аркадьевны Завидовой из-за дальнего столика?

Николай и Надежда этого ревнивого взгляда не ощущают.

Они неотрывно глядят друг на друга с восхищением и нежностью.

Всё хорошо. Всё очень хорошо.

Потому что он ещё не знает, что она волшебница.

Та самая, в которую он уже влюблялся когда-то.

Тогда ему казалось, что вместе они построят тысячи воздушных замков из тёплых облаков неземного происхождения.

Сейчас, когда они смотрели друг на друга, ему снова так показалось.

…Мороженое так и осталось нетронутым.

На урок она всё-таки опоздала. Самую малость опоздала, совсем чуть-чуть. Ну да ничего, с кем не бывает. Другое дело, что люди, опаздывая, огорчаются. А она весь урок ликовала, как ребёнок! И детям это её ликование передалось.