Рай и ад. Книга пятая. Рассказы перенесших клиническую смерть

Врач кричал: «разряд» несколько раз. Я начинаю подлетать к каждому врачу. А я сама в этой больнице проработала семь лет. И я каждого называю по имени-отчеству и спрашиваю: «что вы делаете, меня там уже нет?! Зачем вы это делаете, меня там уже нет?!»

Но они меня почему-то не слышали. И я слышу снова: «разряд!» Через мгновение я очутилась под потолком и начала видеть и понимать все. Я помню, как старшая медсестра, с которой мы хорошо общались, ее зовут Елена, наклонилась под стол и стала перебирать какие-то бумаги.

И я подумала: «ничего, Елена, я еще вернусь и спрошу у тебя, почему ты меня не спасала. Они-то что-то делали, а ты вообще ничего не делала! Ты моя подруга, но ты что-то делала под столом, когда я умирала!»

Еще через мгновение я очутилась в тоннеле. Это был очень длинный тоннель с поворотом в правую сторону. И из этого поворота шел очень сильный свет. И когда шел этот свет я понимала, что там Бог и Суд.

Я это понимала.

Когда я очутилась в этом тоннеле, он был из чистого золота. Стены, потолок и пол. Это золото было настолько чистым, оно было как бы с хрусталем, или со стеклом. И первая мысль, которая мне пришла, была такая: «если мое тело осталось там, то какая же я сейчас?»

И я посмотрела в стену и увидела свое отражение. Я была как моток ниток. И если это глаза, то скажите мне, чем я могла видеть? Если мой разум в этом моем земном теле, как же я тогда могла думать, понимать, желать увидеть свое отражение? Как, если мы живем только здесь, во плоти на Земле?

Но то имя, которое вам дали на этой Земле, оно идет туда вместе с вами.

И вдруг я услышала голос: «Лариса!» И после этого мне была предоставлена вся моя жизнь, как в кино. Как пленка, которая разматывает фильм, вся жизнь, полностью, начиная с пятилетнего возраста.

Я потом размышляла, почему с такого возраста.

И я пришла к выводу: потому что в этом возрасте ребенок уже начинает понимать, что такое хорошо, и что такое плохо. Что значит послушать, и что такое не послушать или сделать назло.

До этого момента моя жизнь казалась мне очень хорошей и правильной. Но это было во свете моего восприятия, во свете моего мышления, во свете моего воспитания. Ты всегда себя с чем-то или с кем-то сравниваешь.