Рай и ад. Книга пятая. Рассказы перенесших клиническую смерть

В полете я ее не видел. Я огляделся. Перед нами метрах в ста была огромная стена, как кремлевская. И у нее как кремлевские, такие же большие и круглые, ворота. Мне показалось, что стены были даже выше, чем кремлевские.

И я увидел около этих ворот апостолов Петра и Павла. Они хотели их открыть для нас с той женщиной. Я сразу их узнал, тоже по их иконам. От ворот шла земляная дорожка. То есть, не из какого-нибудь асфальта или гравия, а просто укатанная земля.

И на этой дорожке стояло большое темное дерево, на котором сидело некое существо, о котором я подумал, что это чудище из сказки «Аленький цветочек».

Оно было очень похоже на него, как оно было изображено в детских книжках.

Но после прочтения сказки «Аленький цветочек» мы к этому чудищу относимся хорошо, а тут я сразу понял две вещи. Во-первых, сразу пришло понимание, что это смерть. А во-вторых, что она не страшная. Она вот тут сидит и что-то она должна решить.

Вот что меня удивило тогда и удивляет сейчас, так это то, что смерть была абсолютно спокойна.

Я никогда такого спокойствия больше не встречал. Земное существование такого спокойствия не дает. И это спокойствие тебе передается. Что ничего страшного, сейчас твоя судьба решится.

И вдруг я понимаю, что это ворота Царствия Небесного, куда меня пропустят и там встретят. Или же произойдет что-то другое. И Архангел заговорил со смертью. Никакого разговора в нашем понимании не было, то есть слова не говорились и рот не открывался. Но шел обмен информацией и шло общение на другом уровне, как бы телепатическом.

Это сложно объяснить.

Архангел Михаил говорит смерти:

– Сегодня двое. Этот намучался от жизни, а эта намучалась от тела.

Смерть заглянула мне глубоко в глаза. Я не могу сказать, что я испугался, я ничего не осознавал. И она, вздохнув, сказала:

– Ну, этот еще послужит.

После этого она правой рукой (или чем-то похожим на руку, я не рассмотрел) махнула, сделав отпускающее движение.

Все, со мной было решено, и она перевела взгляд на женщину, сказав:

– А с этой сейчас разберемся.

И я полетел в обратную сторону. Как провал в какой-то колодец. Раз – и я очнулся в своей кровати в больничной палате. Надо мной стояли врачи и медсестры. У одного был громадный шприц. Увидев, что я пришел в себя, они обрадовались. На следующий день ко мне приставили человека, который за мной наблюдал.

Когда пришла медсестра, я у нее спросил, что со мной произошло. Она говорит:

– Ты умер.